Два шага до любви

— Не знаю, — пожала я плечами, — я о нем в таком разрезе не думала. Он интересный мужчина, моложавый, подтянутый, элегантный, даже изысканный, можно сказать. Эстет. За ним полинститута девиц бегают и от любви умирают.

— Славочка, не надо за него выходить. Жить с мужчиной, которого не любишь и который тебя даже не возбуждает, это каторга! Да к тому же он старше тебя, он даже меня старше на семь лет! Мы что-нибудь придумаем. Может, действительно тебе на следующий год взять академотпуск и вернемся домой? Я встану на ноги — дома и стены помогают — и все у нас наладится.

— И что у нас наладится? — почувствовав резкий упадок и настроения, и сил, спросила с отчаянием я. — Как я довезу тебя домой, где найду врачей и высокооплачиваемую работу? Без образования, без опыта работы на что я могу претендовать? На секретаршу в нотариальной конторе в лучшем случае? Я уже все обдумала, мама, я голову сломала, пытаясь найти выход из нашей ситуации. Я Максу яблоко и апельсины купить не могу, это дорого для нас!

— Писин? — спросил ребенок.

— Вот именно, — подтвердила его мать и, решительно вздохнув, постановила: — Я выйду за него замуж!

Ради мамы и ради того, чтобы мой ребенок жил спокойной, обеспеченной жизнью, ни в чем не нуждаясь, я готова была абсолютно на все! Я вытерплю все, что угодно, и вынесу все, что потребуется, я сильная, но мой сын больше не будет ходить в рваных ботиночках, и апельсинов у него будет — завались!

Я озвучила свое согласие Роману Олеговичу уже на следующий день и думала, что свадьба произойдет в самое ближайшее время и будет быстрой, скромной, и вообще это мероприятие скорее формальность, чем торжество.

Для начала меня пригласили на ужин, на следующий день после моего официального согласия, обсудить в кругу семьи грядущее событие. Оказалось, что под «семейным кругом» подразумевалось присутствие только одного человека кроме нас двоих — сына Романа Олеговича Игоря Русакова, настроенного по отношению ко мне заранее негативно и язвительно-отрицательно.

— А не молода ли невеста? — спросил он отца, когда домработница подавала на сервированный по всем правилам этикета старинным фарфором и серебром стол закуски."

"— Это очень быстро проходит, — усмехнулся Роман Олегович, откидываясь на спинку стула. — Тебе не о чем беспокоиться, Игорь. На мое имущество как на уже приобретенное, так и на то, что я приобрету в будущем, Мирослава не претендует.