– скривившись, произнесла Дерркит. – Зябко, неуютно и видно плохо. Выскочит какая-нибудь Тварь – не успеешь и заметить. В таком тумане даже настой шува не поможет.
– Может, вчера лишечку ""махнула"", что так недовольна утром?
– Может и это, Егг-Орр! Когда ещё лучшего вина попробовать придётся? Ближе к северу, вообще, пить нечего, а тут даже у слуг вино словно мёд. Хорошие земли, если бы не Кромка.
– Если бы не Кромка – не было сейчас у нас Пепельных Камней. Ты, кстати, нашу долю забрала?
– Да.
Поторговались, не без этого, но Унния не ты – с ней договориться легко и “без штанов” не оставит.
– Это кого я оставлял без них?! А если и оставлял, то по взаимному согласию!
– Кто про что, а мужик о Брачном Ложе!
– Неправда!
– Правда! Я тебе про торговые дела, а ты опять ниже пояса мысль переводишь.
– А как иначе? Могу и выше смотреть, но штаны выше пояса называются рубахой. Не знала?
– Хорошо! Без рубахи бы оставил, если б не с Уннией, а с тобой торговались.
– стала ""заводиться"" предводительница.
– То без штанов… То без рубахи… Не мучайся! Сразу раздевайся полностью! Только сапоги оставь…
– А их зачем оставлять? – опешила Дерркит от такого поворота разговора.
– Уговорила, затейница! Тоже скидывай!
В утреннем тумане смех наёмниц, прислушивающихся к нашему разговору, разнёсся далеко, вспугнув птиц и мелкую живность.
– Дерркит! – задорно крикнула Шатилла.
– Ты помнишь, как Ввейду ”Малявку” после подобного разговора с ним называть стали? Ключницей! Страшно представить, что у тебя с именем может произойти с такой темой. Хоть ты благородных кровей, но иногда и вам перепадает! Селла-Орр-Кнара, вот, “Солнцем” стала! Мой тебе совет – отодвинься от Висельника! Целее будешь!"
"Снова грохнул смех. Мы с Дерркит не остались в стороне и поддержали шутку помощницы предводительницы не менее громко.
– Уф! С тобой, Егг-Орр, то кровищи по колено, то балаган! Серединки спокойной нет? – отдышавшись, спросила Дерркит.
– Есть! Как сапоги скинешь так и… до ""серединки"" недалеко.
– А ну! Всем молчать! – почти сурово приказала она, слыша начинающиеся смешки. – За дорогой следим, а не за языком этого мужика.
– То есть, тебе можно при нас торговаться в сапогах или без, а нам и послушать нельзя? – не унималась Шатилла.
