– Нирра! – заорал я, вышедшей встречать Правой Кнара, – Собирай всех, кто дошёл! Прочесать дорогу к реке – могут быть отставшие! Готовь снадобья! Много раненых.
– Поняла! Не дергайся – весь в крови! – быстро посмотрев на меня, отозвалась Нирра.
– Целый я. Не моя кровь.
– Потом разберёмся! Жди!
Оседая от усталости и пережитого на землю, я слышал, впадая в оцепенение, удаляющийся топот десятков ног.
Время перестало существовать. Час, год или секунда? Не знаю… Кто-то трясёт за плечо, натруженным голосом и свистя лёгкими от перенапряжения, пытаясь докричаться до меня:
– Тень! Тень! Все прибыли!
Дерркит-Орр… Поднимаю глаза и вижу её перекошенное лицо с глубоким порезом во всю щёку.
– Тень! – не унимается она, – Все, кто мог, прибыли!
– А? Извини!
Рассудок приходит в норму.
– Доложить о потерях!
– Много…
Она садится рядом, глядя в пустоту.
– Пожгли практически все обозы и половину коней разогнали… Девяносто шесть… Остальные не вернулись…
– Раненые?
– Уже отправили на лечение.
Нирра там суетится.
– Как сама?
– Как и ты…
– Понял.
Внезапно душу наполнила ярость и желание жить. Вскочив на ноги, я поднял за плечи свою заместительницу и практически проорал ей в лицо:
– Строй всех! Тех, кто может стоять! Сейчас нельзя быть поодиночке! Говорить буду! Каждой!
Не прошло и пяти минут, как Дерркит, исполнив мой приказ, построила диверсанток.
– Вы живы! – тихо сказал я им, – Не должны, но живы. Такая наша работа была на сегодня – умереть.
Поэтому с вами и пошёл, чтобы остаться там – это было бы правильно. По мужск… По-человечески! Каждой из вас сегодня Сёстры подарили вторую жизнь. Оплакивать умерших будем после, а сегодня я хочу просто сказать вам спасибо! Не вините себя за тех, кого не смогли уберечь. И живите за них, не позоря имена наших павших героинь! Завтра будет битва, где крови прольётся ещё больше! Сейчас отоспитесь, а с утра продолжим наше тяжёлое дело! Отбой! И всем вина! Разойдись!
Уставшие женщины молча покинули строй, беря в руки протянутые кружки.
Уверен, сегодня все спали без сновидений.
– О чём ты думаешь? – спросила меня Дерркит, когда мы остались одни.
– О Бейлле. – честно ответил я, – Сейчас нужно думать о хорошем.
– А мне не о ком думать.
– Тогда думай о щенках или котятах. Помогает.
– Сомневаюсь… Больше о смерти думается.
– О! За неё не волнуйся! Когда придёт время, то эта красотка сама о себе напомнит.
