Два зайца, три сосны

— Извините ради бога, мой муж куда-то пропал… Я через десять минут заеду за вами…

— Не торопитесь, мы уже пообедали! — холодно произнес Миклашевич, забрав у меня трубку.

Было слышно, как она что-то лопочет.

— Я ж говорю, мымра! — сердито буркнул Миклашевич. — Муж пропал! Куда он денется! Загулял, небось, он, видишь ли, с утра уехал с другом на рыбалку. Как будто без него нельзя посмотреть дом… Идиотка!

— Митя, не злись. Ты уже пообедал, расслабься!

— Я сюда не расслабляться приехал, мое время дорого! Да и твое тоже! А этот барон тоже хорош! Если договорился с людьми, какая на фиг рыбалка? Черт знает что! Не хочу я с ними никаких дел иметь! Давай прямо сейчас уедем!

— Миклашевич, остынь! Барон-то нашелся?

— А черт его знает, я не понял!

— Ну ты даешь! А вдруг он утонул?

— Ну, если утонул, это его извиняет…

— Если нет, тогда пошел он к дьяволу! А вот и мымра! И барон с нею! Не утонул, голубчик!

Я выглянула в окно.

— Извините нас, пожалуйста, так неловко вышло… Вы действительно отказываетесь от обеда?

— Действительно! Наше время дорого, мадам! Едем сейчас смотреть дом.

Когда Роза увидел меня, у него буквально отвисла челюсть.

— Познакомься, Мэтью, это госпожа Миклашевская, известная писательница, а в прошлом архитектор. Она будет нашим дизайнером!

— Простите, мадам, в нашей среде это называется декоратором! — холодно поправил ее Миклашевич, обмениваясь рукопожатием с Розой.

— Ох, да какая разница, впрочем, как угодно, — пробормотала Арина.

— Прошу меня простить, я на рыбалке так увлекся, что позабыл обо все на свете. Здравствуйте, я очень рад! — сказал он, пристально глядя мне в глаза, и не поцеловал, а пожал руку. — Мы где-то встречались? Мне знакомо ваше лицо…

— Да нет, по-моему, не встречались, — сказала я и подмигнула ему. Зачем и сама не знаю. Просто из хулиганства.

Миклашевич захотел ехать на двух машинах, чтобы ни от кого не зависеть.

— По-моему, ты его сразила наповал, этого барона, — усмехнулся он, пристроившись в хвост «вольво».

— Глупости! Я не из тех женщин, что сражают на повал.

— Вообще-то правда, но бывают исключения. Только не вздумай завести с ним роман.

— А почему, собственно?

— Ну, во-первых, я этого не хочу, а во-вторых, Арина не допустит. Она, знаешь ли, из разряда «щука-пикант».

— Миклашевич, ты как всегда непоследователен. То она мымра, то вдруг щука-пикант. Кстати, первый раз слышу такое определение.