Два зайца, три сосны

Он плохо плавает, и Марина его спасает… Так получится забавнее, не столь банально… Да, это неплохо. Она его спасает, они насквозь мокрые возвращаются в отель… Но она теряет к нему интерес, а он влюбляется в нее еще больше, но понимает, что упал в ее глазах и, чтобы реабилитироваться, отправляется в опасную экспедицию в пустыню Гоби… Или не Гоби, в принципе, он может отправится в любую пустыню… Или в джунгли Амазонки… Нет, ну их, эти джунгли, там как-то уж очень все густо, пусть лучше будет пустыня, там более или менее все понятно… Можно, конечно, отправить его на какой-нибудь вулкан или вовсе в Антарктиду.

Там плавать необязательно, как, впрочем, и в пустыне. Короче, надо что-то экстремальное придумать. Но тогда, если он покажет себя героем, Марина должна выбрать его… Но второй-то уже и так герой… Черт, я запуталась…

— Олеся, о чем вы задумались?

— Да вот обдумываю один сюжетный ход…

— О, простите, что прервал ваши размышления…

— Хорошо, что прервали. Уже совсем темно, нам пора возвращаться.

— Олеся, Миклашевич ваш любовник? — огорошил он меня вопросом.

— По-вашему прилично задавать почти незнакомой женщине подобный вопрос?

— Неприлично, но очень интересно.

— А почему это вам интересно?

— Да что за глупости! Просто я сам хочу… быть вашим любовником!

— Почему? Вы так безумно его любите?

— Нет, просто не хочу иметь дело с женатым мужчиной.

— Но мы же взрослые люди…

— И что? Встретились, понравились, потрахались и разбежались? Мне это неинтересно.

— А Миклашевич не женат?

— Матвей Аполлонович, вам не кажется, что наш разговор зашел куда-то не туда, а?

— И вообще, пора спать.

Я устала, гребите к берегу.

— Вы на меня рассердились?

— Да нет… А впрочем, да, рассердилась. Вы были чересчур прямолинейны. И все, мы закрыли эту тему.

— Извините меня, просто вся обстановка располагает к лирике…

— По-вашему, это лирика? Вы же прямым текстом заявили: Олеся, я хочу с вами переспать… Да, видно, я отстала от века, если теперь это считается лирикой…

— Простите, я и вправду идиот.

Но это вы меня провоцируете!

— Олеся, пожалуйста, не смейтесь!

— Потому что ваш смех буквально сводит меня с ума… Еще когда вы просто говорите, я могу держать себя в руках, а вот когда смеетесь…

Я еще пуще рассмеялась и тут… Он бросил весла и рванулся ко мне, но килевая лодка не была рассчитана на столь бурный порыв страсти, и мы оба очутились в воде.

— Олеся! Держитесь, — заорал он, и схватил меня за волосы.