Однако, благоразумно, держал эти мысли при себе. Было понятно, что Женька плачет не из-за боязни не поступить, а из-за попранного самомнения. Как же так! Она, выпускница спецшколы, получила четверку там, где рассчитывала получить только пять баллов. Отрыдав, Женя сообщила, что ждать меня не сможет, и в расстроенных чувствах ушла домой.
Я же попал в аудиторию только в четвертый заход.
Быстро приготовив письменное задание, просмотрел вопросы билета и был готов отвечать. Однако в ответ мне посоветовали не дергаться и готовиться дальше.
Короче, меня пригласили отвечать, когда в аудитории из абитуриентов остался я один.
— Ну, садись к нам поближе, — одновременно сказали обе экзаменаторши.
— Что же ты молчал? — укоризненно спросила Белла Марковна. — и вообще зачем тебе нужна была эта суета с подготовкой, я старалась изо всех сил тебя подтянуть к экзаменам, а, оказывается тебе это не очень и нужно.
— Вы не правы, Белла Марковна, вы с Натальей Владимировной очень помогли. Все же я пропустил три года.
Аза этот месяц снова почувствовал себя учеником.
А вы что вообще меня не будете спрашивать?
— А чего зря время терять? — вступила в разговор Наталья Владимировна, помирая от любопытства. — Мы обе в курсе твоего знания языка, и свою пятерку в экзаменационный лист ты получишь заслуженно, так, что лучше поведай нам, за что получил орден, если, конечно, это не секрет.
Заканчивался месяц июль. Я был благополучно зачислен за первый курс факультета иностранных языков. Но если для большинства поступивших впереди оставался для ничегонеделанья целый август, меня впереди ожидали очередные трудовые свершения.
Злополучный Москвич уже стоял в ангаре досаафовского гаража, а рядом с ним еще конь не валялся. Валяться предстояло мне.
Радовало одно, вышестоящие инстанции после долгих дебатов пришли к заключению о необходимости снижения цен в валюте на спиртные напитки в баре.
После этого решения посетителей в баре ощутимо прибавилось, а вместе с ними прибавилось работы. Но зато время шло значительно быстрей, чем прежде.
"
"С денежными потоками тоже стало получаться. Единственное, чего мы с Эльштейном избегали, как черт ладана — это махинаций с валютой. Как я понял из его некоторых обмолвок, Иосиф загремел к нам в провинцию, именно из-за этого. Его спасла только работа на комитет. Благодаря которой ему посоветовали сменить место жительства на время и не мозолить глаза определённым людям. Что он и сделал, воспользовавшись знакомством с Незванцевым.
