– Вроде все на месте, – заявил Игорь, входя в комнату, – хотя если честно, то я уж и не помню содержимое гардероба, барахло всякое: старые костюмы Федора, несколько пальто, отрезы на платье, бог весть чего мама хранила.
– Меня интересуют лишь дорогие вещи, типа золота, картин великих мастеров, раритетного фарфора.
Игорь засмеялся:
– У нас такого никогда не было.
Но я решил не сдаваться.
– Скажите, Игорь, если бы вы были грабителем, что бы украли у себя?
Самойлов вытащил сигареты.
– Ну… может, домашний кинотеатр и CD-проигрыватель.
– Это мелко.
– Ничего себе! – возмутился Игорь. – Такие дуры здоровые."
"– Не в том смысле, не в размере дело, а в цене, – пояснил я.
– Кинотеатр не копеечная вещь, – возразил хозяин.
– Он исчез?
– Да нет, стоит себе.
– Может, у Ани водилась старинная посуда? Или доставшаяся ей от бабушки… э… табакерка?
Игорь уставился на меня, потом тихо, но четко сказал:
– Вы, Иван Павлович, не волнуйтесь, ничего у меня нет, мама из очень бедной семьи происходила, у них дома чай лишь по воскресеньям пили, а в будний день они траву заваривали.
Если вас по непонятной для меня причине волнует благосостояние отца и матери, то, повторюсь, они ничем не владели, кроме карт, в основном копий. Подлинники я на бизнес обменял!
– Хорошо, я понял, ничего ценного нет, – сдался я.
– И не было.
– Ладно, можете вспомнить название издания, в котором Аня увидела фото Арины Гофмайстер? – попросил я.
– Впрочем, понимаю, что такое практически невозможно!
Игорь щелкнул языком.
– Да уж! Знаете, моя мама никогда себе ничего не позволяла: одежду покупала лишь по необходимости, косметикой не пользовалась, парфюмерией тоже, даже в парикмахерскую не ходила, ее соседка стригла. Режим жесткой экономии. Единственное баловство – журнал «Дамское счастье»[6]. Вообще говоря, это я его первым купил, решил маме приятное сделать, просто так, без повода, принес и положил ей на подушку.
Аня сначала отругала сына:
– У нас гречка закончилась и масла нету, а ты заработанное на ерунду тратишь!
Игорь даже обиделся на мать, но потом вечером Аня села в кресло и погрузилась в чтение, изредка она окликала Игоря, говоря: «Представляешь, Наполеон был крошечного роста! – или: – Джон Кеннеди, оказывается, изменял жене. Слушай, очень интересное издание».
С тех пор Аня стала сама покупать «Дамское счастье».
