Ни в какие клады Костя, простой, добрый, наивный мужчина, не верил. Но Федор, отец Игоря, так увлекательно повествовал о своих поисках, что, несмотря на здоровый скептицизм, в голове Кости заворочалась мысль: а вдруг профессор прав? Что, если грязное ожерелье часть бесценного клада?
Вот Костя и решил показать колье Гофмайстеру, чтобы узнать: подлинное оно или нет. Борис, неплохо знавший соседа, спросил:
– Где же ты раздобыл сию красотищу?
По словам Влади, он узнал от Арины, что Костя наивно рассказал, в чем дело, голос у парня был зычный, и Арина, в то время подросток, хорошо услышала все подробности.
Потом девочка приметила у папы в мастерской два колье, похожих, словно новорожденные поросята, только одно сверкающее, другое тусклое, и спросила отца:
– Это что?
Борис, не подозревавший, что дочь любит подслушивать его беседы с клиентами, быстро ответил:
– Да так, одна дама имитацию заказала.
– А которое из них настоящее? – продолжала интересоваться Арина.
– То, что сверкает, – пояснил отец, – я его отмыл, видишь красоту? Жаль, ты семейному ремеслу учиться не желаешь, хочешь, объясню, каким образом новодел состарить можно?
– Зачем ты копию грязной сделал? – прищурилась Арина.
Борис, совершенно не смущаясь, ответил:
– Таково желание клиента.
– А тут висюлечек не хватает, – ткнула дочь пальцем в одно из ожерелий.
– Верно, – кивнул ювелир, – у тебя хороший глаз, слишком кропотливая работа, по времени не успевал, это колье через два часа заберут, впрочем, я сумею им объяснить… Ступай, Ариша, попей чаю.
Сообразив, что дочери не следует много рассказывать, ювелир выдворил девочку, но та, поняв, что папа не желает быть откровенным до конца, дождалась прихода Константина и мигом понеслась в ванную, с которой соседствовала мастерская. Арина хорошо знала, если взять банку, приставить ее к стене и прильнуть ухом к емкости, все разговоры в мастерской будут отлично слышны.
Очень скоро девочка сообразила – отец опять обманул клиента.
Арина не осуждала папу, в конце концов, драгоценности постоянно крадут, к тому же отец заботится о дочери, ожерелье пойдет ей в приданое. Так и вышло, когда девочке исполнилось шестнадцать, папа повесил ей на шею колье со словами:"
"– Знай, моя радость, оно бесценно, это вещь с историей. Об этой красоте даже книга есть в моей библиотеке. Я ведь всю жизнь собираю литературу об украшениях.
