Две полоски для мажора

Ладонь Лики все ещё в моей руке. Ощущаю легкую дрожь в ее пальцах и сжимаю их. Так крепко, что Рыжик вздрагивает, наконец, встречаясь со мной взглядом. Она непонимающе хлопает пушистыми ресницами, а я зависаю, смотря яркий голубой океан глаз.

Нас никто не спрашивает о согласии и не предлагает целоваться. Нам просто указывают, где расписаться, отдают наши паспорта и розовенькое свидетельство о браке.

Регистраторша, видимо, так спешит за горошком к новогоднему оливье, что фразу «обменяйтесь кольцами» проговаривает чересчур нетерпеливо.

Я сам не ожидаю, что мои руки будут неловко подрагивать, когда надеваю тонкое плоское кольцо из белого золота на безымянный палец Лики. И ее руки трясутся в ответ.

Как только мое кольцо оказывается у меня на пальце, мы, не сговариваясь, пересекаемся долгим взглядом.

Все. В моём паспорте штамп, а растерянная рыжая девочка передо мной теперь...

Охренеть... .моя жена.

Л Л Л

Стоит нам только переступить порог ресторана как со всех сторон шарашат конфетти и хлопушки, а по залу разливаются поздравительные крики.

Отец, мама, нанятые фотографы налетают на нас коршунами вместе с гостями и их поздравлениями.

Приглашенных немного и большинство из них знакомые: близкие друзья моей семьи плюс Поляк. Незнакомых всего парочка.

По сосредоточенному лицу рыжеволосой женщины и хмурому мужчине рядом с ней быстро соображаю - здравствуйте, тесть и теща. И это единственные гости со стороны Лики.

Я бы мог назвать нашу встречу приятной, но в этой суматошной толпе, сующей нам букеты и подарки, все получается скомкано и напряженно.

Может, подобные знакомства должны проходить в более располагающей обстановке. Или может, мать Лики вообще недовольна выбором дочери, но мне как-то плевать. Я даже не интересуюсь у Рыжика, а в курсе ли ее семья, с кем теперь породнились и успели ли они познакомиться с моими родителями, пока ждали нас из загса.

Но то, что моей тёще здесь максимально неуютно - это заметно сразу. От нее я удостаиваюсь лишь сухим «поздравляю, очень приятно познакомиться».

Ага. Очень. Особенно наблюдать, как она внимательно смотрит на уже заметно округлившееся платье в районе талии. Все, что позволяет ей Лика - это слегка приобрести себя. Но когда руки ее матери пытаются коснуться живота, она с кривой улыбкой уворачивается, делая шаг ко мне. Лика словно пытается отгородиться, найти защиту рядом. Забив на искрящееся молчаливое напряжение между нами после росписи, я инстинктивно хватаю ее за талию, придвигая себе под бок.