Мне с трудом удаётся найти силы посещать пары. Так или иначе, я вижу Марка в университете. Пересекаемся в коридоре или в столовой, но как будто и незнакомы.
Словно никогда и не были.
Словно я пустое место. Именно так себя и ощущаю. Меня нет. Я растоптана и унижена. Внутри меня все выжжено пустотой.
А ведь меня предупреждали. Предупреждала та, кто сейчас рядом с Марком практически каждый день. Та самая Карина.
Я даже не знаю, что почувствовала, когда впервые увидела их, зажимающихся в коридоре у стены. Это было что-то сильнее боли.
Ее руки, обвивающие его шею. Его ладони, лежащие на ее талии.
И я вцепилась этой курве в черные патлы, а потом выцарапала глаза и Марку. Но такая картинка разыгралась только в моей фантазии.
Все, что сделала я - это проскулила всю пару, запершись в женском туалете.
А еще у меня теперь есть правило прогуливать физкультуру, потому что там он.
На меня многие косятся. Кто-то с сочувствием, кто-то с ядовитой улыбкой. Все знают, что я больше не зверюшка Марка Громова.
Поэтому слова Веры оказываются острее любой бритвы.
Я снова проглатываю солёный комок из слез.
И во мне первый раз с того момента, как я в каком-то забытее выбежала из дома Марка, появляется что-то помимо боли и жалости к самой себе. Я до скрежета зубов чувствую жгучую, всепоглощающую обиду и злость.
Именно это заставляет меня подорваться с кровати, забрав с подушки упаковку с тестом.
— О, это я понимаю настрой, — одобрительно щебечет Вера."
"— Лика, это же гадко! — Настя гневно подпирает бока руками.
— При чём тут чужой парень, если тебя обидел Громов? Это разве справедливо?
Громов! Фамилия, которая снова заставляет мои лёгкие сжаться до ощущения предобморочных звездочек в глазах.
— Да плевать мне на справедливость, потому что эта справедливость плевала и на меня. Вот такие вот у нас идеальные с ней отношения, — озлобленно цежу я и скрываюсь за дверьми ванной.
Через пару минут я возвращаю Вере вскрытую упаковку с лежащей в ней использованной тест полоской. И делаю это со спокойной душой.
Если получится заставить понервничать хотя бы одного предателя, то оно этого явно стоит.
— Спасибо, подруга, — под недовольный вздох Настасьи Вера улыбается и аккуратно за синий хвостик достает из мягкой упаковки тоненькую полосочку. — А теперь начинается самое интересное. Сейчас будем...
Но неожиданно она замолкает, а ее глаза расширяются.
— Лика, здесь что? Две полоски?
— Смешно. Обхохочешься, — хмыкаю я, плюхаясь на свою кровать, заваленную конспектами.
![Обложка книги Измена не самое страшное [СИ]](/uploads/posts/images/6/izmena-ne-samoe-strashnoe-si-1.jpg)
