Растерянно подняв глаза, непроизвольно охаю.
Дима!
- Привет, солнце, – улыбается парень, беря меня руками чуть повыше локтей. - Соскучился дико, решил встретить.
У меня перехватывает дыхание, когда я понимаю, что где-то неподалеку в своем шикарном спортивном автомобиле меня ждет Садулаев…
Глава 17
Макс.
На вид тридцать пятый – тридцать шестой, - вспоминаю небольшую изящную ступню своей конфетки. Быстро набираю текст на клавиатуре. Прежде чем отправить сообщение добавляю: Давай только нормальные, на цену не смотри.
Убираю смартфон в сторону, задумчиво барабаня пальцами по черному кожаному рулю. Кончик губ невольно дрогнул, когда я подумал о том, как засияют бархатно-карие глаза моей красавицы при виде новеньких пуант.
Она заслуживает лучшего, а мне это ничего не стоит.
Взглянув на часы, поспешно перевожу взгляд на крыльцо академии. Девушки все нет, лишь какой-то тощий щегол спешит к входу в здание. Он быстро поднимается по лестнице и в это же время появляется Ангелина.
Личико блондинки выглядит взволнованным. Мне кажется, что она вот-вот заплачет.
Я тут же напрягаюсь. Наверняка, эта стерва - Наумова - обидела мою девочку! Не привык вмешиваться в бабские разборки, но, похоже, желание защитить Ангелину рушит все мои встроенные установки и шаблоны.
Мне понадобилось менее секунды, чтобы покинуть салон автомобиля. Я сверю убийственным взглядом тощего блондина, когда он останавливает Ангелину. Парень, должно быть, попутал берега, поскольку тянет свои клешни и берет за локти мою девочку.
Но прежде, чем я делаю поспешные выводы, щегол поворачивается, и я вижу его лицо. Отмечаю поразительную внешнюю схожесть с Ангелиной.
Оба светловолосые, тонкокостные…
Неожиданно догадываюсь: у Ангелины есть старший брат.
С широкой улыбкой направляюсь к своей малышке, чтобы познакомиться с ее родственником, а, может, даже заручиться его поддержкой.
В этот момент происходит что-то необъяснимое.
Мелкий ублюдок наклоняется, пытаясь впиться совсем не братским поцелуем в губы моей девочки. Моей! Это действие мгновенно заставляет меня рассвирепеть. Пальцы сами сжимаются в кулаки.
Ангелина отворачивается в последнее мгновение, и губы мелкого засранца проходятся по ее щеке. Я почти слышу звук удара кулака о позвоночник этого молокососа.
Бешенство разливается по венам со скоростью звука. Перед глазами появляется кроваво-красное зарево.
