Две полоски

Боди, скрытое платьем, на мне. Ленточка в кармане. Возможно, я даже успею ее повязать.

Я выскочила на улицу. Увидела у входа нашего кадровика Екатерину Семеновну. Она стояла с картонным стаканчиком из “Старбакса”."

"И в ту же минуту мимо проехал автомобиль Мирона. Именно мимо! Он не притормозил, не повернул на стоянку. Просто отправился дальше.

Мирон был не один. На пассажирском сиденье я увидела девушку. Она улыбалась и что-то говорила Мирону. Улыбался ли он, я не знаю. Ту долгую секунду, пока они проезжали мимо, я смотрела на нее.

Красивая. Даже очень.

- Странно, - произнесла Екатерина Семеновна.

Она, как и я, проводила глазами машину Мирона. Я не спросила ее, что именно странно. Не смогла бы, даже если захотела. У меня пропал голос. В горле стоял комок. Сердце… оно, кажется, не просто пропустило несколько ударов, а вообще перестало биться.

Екатерина Семеновна продолжила, не дожидаясь моих вопросов.

- Похоже, Мирон Александрович снова встречается с бывшей.

- С бывшей? - все же прохрипела я.

- Я ее помню. Ее зовут Ольга.

Мои ноги подкосились. Я прислонилась к колонне.

Глава 24

***

Мирон

По дороге Ольга вспомнила о моем дне рождения, наговорила мне кучу теплых слов, я не знал, куда деваться. Не люблю я всего этого. Особенно официальные поздравления на работе. Я давно всем сказал: не надо ничего устраивать! Если вам так неймется, подпишите открытку. И все.

Но им как об стенку горох! Каждый год одно и то же. Надеюсь, в этот раз мы все же обойдемся без дурацких речей и не менее дурацких памятных подарков.

Когда Ольга, наконец, завершила поздравительную речь, мы с ней начали болтать, как две беременные. Одна из которых отмотала больший срок.

Я расспрашивал ее о токсикозе, о том, когда это, наконец, закончится. Она описывала свои симптомы, я - свои. В смысле, Аленкины. Она делилась контактами прекрасных акушеров и рассказывала про группы для беременных, куда ходит на йогу. Я, от имени Аленки, сомневался - нужна ли эта йога вообще. Когда Ольга уверила меня, что асаны прекрасно успокаивают нервы, я решил, что без йоги нам не обойтись.

А больше всего меня обрадовало утверждение, что на третьем месяце токсикоз должен закончится. Скорее бы! Мы с Аленкой мучаемся каждое утро.

- То есть потом все легко и хорошо? - спросил я.

- Я сейчас на пятом месяце. И чувствую себя гораздо лучше, чем на втором, - обнадежила меня Ольга.

Я довез ее до офиса мужа, проехав мимо своего офисного центра.

- Всего хорошего, - сказал я на прощанье.