Две правды и одна ложь…

Это написал Тайер. Больше некому.

Она не знала, за что он просит прощения, но письмо звучало как угроза и свидетельствовало, насколько Тайер нестабилен. Ком встал в горле, когда Эмма перечитала записку. Она устала гадать и тыкать пальцем в небо. Оставался лишь один способ выяснить, что же, черт возьми, происходит.

И встреча с Тайером была неизбежна.

Посетитель к Тайеру Веге

Камера предварительного заключения примыкала к полицейскому участку, хотя у нее был отдельный охраняемый вход. Эмма остановилась в нерешительности перед стальными воротами, пытаясь выровнять дыхание.

Наконец толстый лысый охранник в темно-синей форме, с зажатой под мышкой книгой в мягкой обложке, подошел к двери и уставился на Эмму.

– Вам помочь? – спросил он, позвякивая связкой длинных серебристых ключей на поясе. – Часы посещения уже заканчиваются, – буркнул он.

– Мне всего на несколько минут, – сказала она, улыбаясь самой сладкой улыбкой, какую только могла изобразить.

Наконец охранник открыл ворота и впустил ее внутрь. Он достал планшет с регистрационным листом.

Эмма пыталась унять дрожь в руке, пока писала САТТОН МЕРСЕР в графе ПОСЕТИТЕЛЬ и ТАЙЕР ВЕГА в графе ЗАКЛЮЧЕННЫЙ. Эмма знала, что совершает рискованный шаг, но что делать, если она зашла в тупик. Ей необходимо выслушать версию Тайера. И разговор лицом к лицу, в тюрьме, где их разделяет пуленепробиваемое стекло, казался самым безопасным в сложившихся обстоятельствах.

Охранник взглянул на имя заключенного, которое указала Эмма, и кивнул.

– Пойдемте со мной.

 – Он открыл тяжелую стальную дверь и повел ее по длинному коридору.

Второй охранник, в такой же темно-синей форме, с бэйджем «СТЭНБРИДЖ» на широкой груди, ожидал Эмму в небольшой квадратной комнате, разделенной посередине перегородкой из толстого стекла. Эмма обрадовалась, увидев, что это не Квинлан – ей совсем не хотелось общаться с ним сегодня.

– Садитесь здесь, – сказал Стэнбридж, указывая на одну из кабинок.

Эмма села на жесткий оранжевый пластиковый стул. Деревянные панели по бокам, вероятно, обеспечивали подобие конфиденциальности, хотя Эмма сомневалась, что в пустой комнате это необходимо.

На панелях кто-то оставил надпись цветным маркером и чернилами: «СП ЛЮБИТ СН. ВМЕСТЕ НАВСЕГДА» и вырезал дату: 5/4/82.

По ту сторону перегородки распахнулась дверь, и Эмма вздрогнула, а ее сердце подпрыгнуло к горлу. В кабинку в сопровождении пузатого коротко стриженного охранника вошел Тайер. Он осунулся, бледная кожа была туго натянута на скулах.