Две руки потентата (СИ)

С последними можно рассчитаться Канадой без Квебека, японцам отдать Малайзию и Бруней — тигру ведь тоже что-то кушать надобно. Но не стоит торопиться делить шкуру не медведя, а льва — по сопатке получить можем. Но момент в истории самый выгодный, государь, другого такого никогда не будет — грех упускать единственный шанс.

— Только в Адмиралтействе не слепцы, все наши приготовления прекрасно видят. И могут упредить, как только в Лондоне решат, что положение слишком опасно. Так что война, которая вот-вот начнется между османами и нашими балканскими конфидентами, их не обманет — Королевский Флот сразу же войдет в Дарданеллы.

Отдать проливы грекам равно передать их нам — в Сити на это никогда не пойдут, не надейся.

— Тогда война, государь — на суше мы побьем англичан, сильного союзника с большой армией у них нет, французов не считаем. Флот может дать время — но турок мы все равно разобьем. Если упредим британцев и захватим проливы — то за минными заграждениями можем сидеть долго.

Жаль, что у нас всего четыре нормальных броненосца, способных драться один на один с британскими. И у австрийцев их три, шесть других с 240 мм пушками. Тут все надежды только на французов, у итальянцев есть восемь кораблей, однако они, скорее, броненосные крейсера, чем нормальные броненосцы.

Вирениус вздохнул — Черноморский флот имел три новых броненосца — «Князь Потемкин», «Евстафий» и «Иоанн Златоуст» — хорошо защищенных, с вооружением из четырех 305 мм, и по восьми 210 мм и 120 мм противоминных пушек.

На «Трех святителях» число 210 мм пушек было урезано вдвое — все же корабль уступал первой «тройке». Вторая эскадра состояла из двух старых броненосцев и «Ростислава», перевооруженных на 240 мм пушки чешской выделки, проданные австрийцами. Эту тройку можно было не считать — они пойдут в Босфор первыми, их потеря для флота не столь фатальна. Главное сохранить «нормальные» броненосцы, что будут способны выйти в Эгейское море в случае успеха. Остальные корабли — по два больших и малых бронепалубных крейсера, пару новых броненосцев береговой обороны и два десятка эсминцев и больших миноносцев могли принести только относительную помощь, особенно последние в постановке минных заграждений. Имелись на флоте еще восемь субмарин американских и германских проектов, но рассчитывать на их эффективность не приходилось — слишком несовершенны конструкции первых подводных лодок.