Две руки потентата (СИ)

А с «чилийцами» могли справиться, несмотря что те были напичканы 190 мм пушками — за счет более увесистых снарядов главного калибра. Степан Осипович поставил прибывшие броненосцы концевыми в отрядах по расчету — не отстанут, и мешать не станут — у каждого своя цель в бою будет. Совместных маневров и стрельбы еще не проводили, так что назад их и задвинули, чтобы в бою, как говориться, «под ногами не путались». Но можно было не сомневаться, что через месяц вся шестерка приобретет совсем иной вид, и под сокрушающим огнем сразу трех броненосцев любому «слабому звену» придется несладко.

Сам Вирениус вел на «Ослябе» 2-ю эскадру из трех «пересветов» и отряда контр-адмирала Рейценштейна с двумя «рюриковичами». На флагманском «Громобое» установили на баке и юте 203 мм пушки, и теперь бортовой залп обоих броненосных крейсеров стал одинаковым. И весьма «увесистым» — по четыре восьмидюймовых и десять шестидюймовых орудий. И бой для крейсеров Камимуры мог окончиться крайне плачевно — русские моряки уже уяснили, что семидюймовая гарвеевская броня хорошо пробивается четырнадцатипудовыми снарядами, в то время как русские плиты, даже толщиной в шесть, а то и четыре дюйма, отлично выдерживают попадания семипудовых вражеских снарядов.

Многочисленные транспорты охраняла 3-я эскадра под командованием вице-адмирала Скрыдлова, державшего свой флаг на броненосце «Наварин». Первый русский броненосец «классического типа» имел устаревшие 4–305 мм и 8–152 мм орудия в 35 калибров, на дымном порохе.

Потому в главные силы включать его не стали, как и следовавшие за ним «императоры» — балтийские тараны, с девятидюймовыми пушками главного калибра. Отряд броненосных крейсеров возглавил «Адмирал Нахимов», на котором держал свой флаг контр-адмирал Небогатов. За ним шли столь же старые «князья» — «Мономах» и «Донской», причем оба со старыми 203 мм пушками, которые поставили вместо новых 152 мм орудий системы Кане. Просто для старых броненосных фрегатов потребовался более увесистый калибр, способный сокрушать береговые цели и укрепления тяжелым фугасным снарядом. Да и сбрасывать их со счетов в морском бою не стоило — бортовой залп эскадры из четырех 12-ти дюймовых, десяти 9-ти дюймовых и одиннадцати 8-ми дюймовых орудий был более весом, чем у всех крейсеров Камимуры.

Вся эта шестерка уже неофициально именовалась «корейским флотом», и не потому, что ее собирались передать королю Коджону — обойдется ван, да и нет у него моряков.