Две руки потентата (СИ)

Да, определенные искажения в ней имелись, но приблизительная диспозиция была относительно верной, так как радиограммы уже передавали без ошибок и путаницы, а сигнальщики с мощными биноклями с открытого кормового мостика прекрасно видели всю картину сражения и дополняли информацию. Правда, и потери среди них имелись, и уже выбыло два офицера ранеными — японская шимоза являлась смертельно опасной как для людей, так и неприкрытых броней конструкций. Но замена тут же отправлялась наверх, в кирасах и касках — запас подготовленных наблюдателей и сигнальщиков имелся теперь на каждом русском корабле, от броненосца до крейсера.

— Послушайте, Михаил Павлович, а ведь это «мешок», если «Ослябя» отойдет в сторону, то японцы в него сами залезут. А мы тут же развернемся и пойдем на помощь, причем Ухтомский со своей парой будет нас прикрывать сзади — мы сделаем последовательный поворот только нашими броненосцами. И тогда «чилийцев» не выпустим.

— Вы правы, ваше высокопревосходительство, думаю, Вирениус сделает ложный выкат «Осляби», даже прикажет спустить свой флаг для вящего обмана японцев — о таком обмане противника он не раз говорил…

Громкий выкрик раздался в рубке, и Макаров тут же бросился к прорези — зрелище было впечатляющее.

Как до этого полыхал «Сисой», так весело загорелась носовая башня концевого вражеского броненосца. Из орудийных амбразур выплеснулись длинные языки пламени и дыма, и теперь все ожидали взрыва, которого не случилось весной. Ясно, что запас пороховых зарядов под броневой крышей колпака, куда они заранее поднимались из погреба вместе со снарядами, воспламенился, и вот-вот последует взрыв, и черная пелена накроет вражеский броненосец — не может ему постоянно везти и быть «вечным счастливцем».

— «Ослябя» вышел из колонны, повернул к осту, на нем подняли сигнал — «адмирал передает командование»!

От звонкого выкрика сигнальщика Макаров поморщился и посмотрел — как он и предполагал, флагман Вирениуса стал выкатываться из строя и без всяких пожаров.

Степан Осипович только усмехнулся в бороду — «ах, Андрей Андреевич, вечно вы не вовремя со своими хитростями», и начал громко отдавать команды:

— Нам обязательно нужно добить «Фудзи», сколько раз его упускали! Повернуть на три румба, идем на сближение с неприятелем! Броненосцы Того более ценны, чем «чилийские покупки»!

— Ваше превосходительство, очнитесь!

Андрей Андреевич слышал голос будто издалека, словно пробивавшийся через толстый слой ваты.