Потом лежит в углу в луже… что это за лужа, можно догадаться. Вся спесь, весь лоск пропал, и передо мной жалкий, запуганный пожилой человек.
Жалко ли мне? Нет… Испытываю в душе странное ликование. Даже… кажется, что недостаточно он страдает.
- И это только начало, - словно угадывая мои мысли, изрекает змей.
- Он этого заслуживает, - продолжаю рассматривать снимки. Это доставляет мне темное и жуткое удовольствие.
Словно эти фото выпустили нечто мрачное из глубин моей души.
- Несомненно, - улыбается. – И не только он.
Как видите, я доказал свою лояльность, - делает паузу и внимательно на меня смотрит.
- Я понимаю, о чем вы, - вздыхаю. Я и не надеюсь, что этот человек оставит меня в покое.
- Кое-что изменилось, - скалится, но очень быстро берет себя в руки. – Наш Богдан… уехал в неизвестном направлении.
- Вы не знаете, где он? – спрашиваю с замиранием сердца.
- Нет, - шипит. – И случилось еще кое-что… но об этом… неважно, - машет рукой. Впервые вижу его таким. Заикается, едва держит себя в руках.
Что-то определенно происходит. И я снова ничего не понимаю, меня снова используют вслепую.
- Так я ж ничего не могу с этим сделать, - развожу руками.
- Можете. Планы меняются. Будем действовать жестче. Готовьтесь, Елизавета, - смотрит на меня так, что кровь леденеет, страх сковывает тело.
- К чему? – язык прилипает к небу.
- К активным действиям на опережение, - поворачивается и направляется к дому.
Не нравятся мне его слова. Адриан Аркадьевич во что-то мне втягивает. И последствия определенно будут…
Сажусь на скамью, обхватываю голову руками и раскачиваюсь из стороны в сторону.
Что Богдан натворил? Как разобраться в хитросплетениях их кровавых игр?
И отказаться не могу. Потому что тогда змей меня не пожалеет. А помощь… мне неоткуда ее взять. Вчера еще была слабая надежда на Богдана… Нет, ее изначально никогда не было. Были лишь мои глупые иллюзии.
В доме раздается визг Адрианы. Девушка орет так, что у меня едва не лопаются барабанные перепонки. Разобрать смысл не получается.
Слышно лишь обрывки ее фраз… у нее истерика.
У меня тоже, но молчаливая, глухая. Я держу все в себе. И готовлюсь… уже сама не знаю к чему…
Так и сижу на скамье. Уже ночь. А мне не хочется идти в дом. Атмосфера там душит.
Запрокидываю голову вверх. Смотрю на звездное небо. Глаза застилают слезы. Боль сдавливает сердце… душа кричит…
Улавливаю шум где-то сзади. Шуршание.
Оборачиваюсь. Никого.
Коты, что ли?
Шум повторяется. Верчу головой. Никого.
