– Это для них важнее, чем день, когда они вылупились.
Но, судя по всему, они уже помирились – снова сидели за одним столом и кормили друг друга пиццей.
Лу, у которой было трое братьев и две сестры, тоже нашла, что про них рассказать.
– Мы с сёстрами и братьями тоже часто ссорились, обычно из-за одежды. У братьев ссоры всегда были шумные, потому что они хотели испытать новые рога. Раньше они вообще любили поругаться – лишь бы потом устроить бой.
– А сколько их у тебя? – спросил Караг.
О, он интересуется её семьёй! Круто! Возможно, Куки права и он действительно пригласит её на вечеринку.
А там что угодно может произойти…
Отвечая Карагу, Лу уже представляла, как они танцуют, прижавшись друг к другу, и их лица почти соприкасаются. Как она вдыхает его запах – запах сосновых иголок. Как его красивые глаза почти гипнотизируют её, а их губы постепенно сближаются и наконец касаются друг друга…
Бамс! Караг стремительно выкинул руку над столом, и она превратилась в лапу с острыми когтями. Видение поцелуя исчезло, слова застряли у Лу в горле – она смотрела на кружочки салями на когтях.
Красное мясо.
И как только она могла подумать, что они смогут стать друзьями, а возможно, даже больше?! Он большая кошка, хищник, охотник… кто знает – может, он считает её не милой, а всего лишь вкусной!
Лу почувствовала, как в ней закипает гнев. Она посмотрела Карагу в глаза, и откуда-то из самой глубины полились слова:
– А знаешь, зачем нужна большая семья? Когда на мою маму напала пума, думая, что мы все сбежим – она привыкла, что вапити так поступают, – мы не сбежали: мы все вместе защитили маму, иначе бы она погибла.
Мальчик-пума, сидящий напротив неё, превратил свою лапу обратно в руку. Ему явно было не по себе, и Лу тут же пожалела, что так на него набросилась.
– Оборотень на неё даже не напал бы, – сказал Караг. Он встал, взял свой поднос с наполовину пустой тарелкой и ушёл.
Подружки смущённо молчали.
– По-моему, он просто хотел поймать кусок своей пиццы, чтобы он не упал на твою… – сказала Куки.
– Потому что он знает, что ты вегетарианка, – добавила Виола.
«Точно, – поняла Лу и съёжилась на стуле. – Я всё испортила! Ведь я же ещё осенью обещала ему быть дружелюбнее. Ну почему ничего не получается?!»
И что теперь? Вечеринки не будет. Он пригласит кого-нибудь другого, и так ей и надо. Лучше об этом не думать.
Лу заставила себя собраться с духом.
– Ну что, идём? – спросила она.
И они втроём отправились снова украшать грифельную доску.
