Дверь на двушку

Дыхание сбивалось, и он только пальцем смог показать, куда им идти. Они двинулись. Яра с закрытыми глазами заваливалась вперед и начинала падать. В падении выставляла ногу и понимала, что еще один шаг сделан. А потом все повторялось. Яра приоткрывала глаза, ориентируясь в пространстве, опять падала, опять выставляла ногу – и так шла. Когда же становилось совсем тяжело, утыкалась носом в волосы сына. Илья страдал от жары меньше. Он деловито крутил головкой и изредка сгибал и разгибал ручки.

– Давай… немного… поднажмем! – с трудом выговорил Ул.

Он не объяснил Яре, почему она должна поднажать. Яра поняла это сама и пошла быстрее. Теперь, выставляя вперед ногу для очередного падения, она не закрывала глаза. Скорость увеличилась, зато теперь ей казалось, что кто-то бьет ее по затылку мягкой дубиной и в голове у нее переливается бульон.

Яра обогнула скалу и увидела впереди небольшой, наполненный водой кратер. Отчаяние охватило ее. Ползти по камням было тяжело, и она почти остановилась.

– Туда… там спуск к воде… – пропыхтел Ул, показывая Яре левее. Оттуда прямо к озеру спускалась блестящая, словно отполированная, тропинка. Она была узкой, но все же по ней можно было скатиться к воде.

Ул то скатывался, разгоняясь, то замедлялся, цепляя плечами камни по склонам. Хорошо, что с детства у него сохранился немалый опыт спуска с ледяных горок. Он катился головой вперед и почти все время видел впереди Яру. Та скатывалась на спине, ногами вперед, чуть приподнявшись на локтях и руками страхуя ребенка.

Точнее, попытался. Вода не держала. Он лишь напрасно загребал ее руками. Вода легко уступала его ладоням и будто исчезала под ними, спеша превратиться в пузырьки и ускользнуть. После нескольких напрасных взмахов Ул опомнился и пополз по дну, хватаясь за камни. Начал захлебываться и понял, что погибнет, если не сделает хотя бы одного вдоха.

Сообразив, что если оттолкнется от дна, то, возможно, сумеет вытолкнуться на поверхность, Ул с силой ударил ногами по камням, выпрямил спину и… вдруг высунулся из воды чуть ли не пояс.

– Ну, как Илья? – крикнул Ул, высовывая из воды голову.

– Нормально. Даже не плачет. Моргает.

Ул вылез из воды и приблизился к ним, чтобы посмотреть. Увидел, как Илья коснулся ручкой застежки «кенгуру» и, отдернув ее, начал кукситься. Ротик его стал возмущенным, глаза распахнулись.