Вновь загрохотали два автомата, вспышки осветили узкий и темный переулок, но куда кто стрелял, я так и не понял.
Так, ключ здесь где? Ключ или кнопка, что угодно… Гадство, темно, ни хрена не вижу… Фонарик… так, вот, не ключ и не кнопка, а тумблер поворотный… сцепление… гадство, только правой рукой туда дотянешься, а в ней пистолет… в левую его, что нехорошо… Стартер закрутил…
Грохот металла, что-то темное обрушилось на машину сверху, что-то такое, от чего потянуло могилой… не запахом, нет, а… вот как будто жидкий азот по венам, по нервам, по костям разбегается.
Черная… не знаю, рука, конечность, щупальце, метнулось в окно, целясь прямо в лицо, но я успел дернуться вправо, завалившись на бок, и невидимые в саване Тьмы когти распороли рукав моего полушубка, попутно заставив уже меня заорать со страху. Я лягнулся левой ногой, а потом, вскинув кольт, выпустил в темную тушу все оставшиеся в магазине патроны."
"Попал. Тварь из окна исчезла, я даже услышал стук упавшего тела.
Сунув пистолет в кобуру, я схватился за руль и рычаг коробки передач. С хрустом воткнулась задняя, мотор рыкнул, и в этот момент тварь вновь очутилась на подножке. Лапы вцепились в край окна, невидимая в черноте морда всунулась внутрь на странно вытянувшейся шее, ударило смертным страхом. И тогда я утопил педаль газа в пол и рывком руля притер грузовик к забору. Загрохотал металл, затрещали доски, из-под забуксовавших колес поднялись фонтаны снега, но монстра зажало.
Я даже не знаю, на самом ли деле тварь взвыла, или это прозвучало у меня в голове, но ощущение было таким, словно ледяное сверло ввинтилось прямо в мозг, пробивая его до позвоночника.
Тварь задергалась, забилась, задолбила в крышу кабины с такой силой, словно кто-то бил молотком.
Что было сил и проворности я рванул вправо, накинув край брезента на труп, перевалился через него, толкнул, нажав на рычаг, дверцу, и так, головой вперед, вывалился на снег, покатился в сторону от машины, налетев на ноги Федьки, который споткнулся об меня и чуть не упал.
Но все же удержался, перескочил и прямо через кабину всадил в чудовище очередь на десяток патронов. Хмырь, а это был он, несколько раз дернулся и затих, начав истекать дымящейся Тьмой… Вой в голове утих, словно обрезали.
Так и отбежав от машины на четвереньках, оскальзываясь и зачерпывая снег рукавами, я все же вскочил и вновь схватился за автомат. Фонарик потерял – в кабине выронил.
