Похоже, что, несмотря на разрешение, тутошний комендант на нем так и не ездил, а если и ездил, то неактивно.
Дверь в подъезд открылась до того, как я в нее стукнуть успел. Уже знакомый молодой длинноволосый парень в меховой безрукавке поверх свитера сказал, усмехнувшись:
– Видел, как вы за забор заглядывали. За машиной? – спросил он, пропуская меня в подъезд и направляя в маленькую, сильно натопленную комендантскую.
– Завтра хочу забрать, – подтвердил я его догадку, расстегивая полушубок.
– С товарищем заеду, чтобы перегнать. А что, сам не ездил?
– Да мне особо и некуда, я вообще домосед по жизни, так что для меня такая работа, – он обвел взглядом комнатку, – самое то, что надо. Сиди да книги читай.
– Ну и отлично. – Моя рука скользнула во внутренний карман дубленки, вытащив оттуда незапечатанный почтовый конверт, который я протянул парню: – Держи, это вроде как премия за сохранность имущества, если не возражаешь."
"– Да? – удивился он, затем заглянул внутрь и присвистнул удивленно: – Это сколько здесь?
– Косарь.
Нормально?
– Да ты что, спрашиваешь! Не надо еще какую-нибудь машину поохранять? А то мы запросто – как раз завтра местечко освободится.
– Другие столько не стоят, – засмеялся я.
– А я и за половину посторожу.
– Ладно, завтра обсудим. Ты же здесь весь день?
– И день, и ночь. Иногда отхожу ненадолго, тогда народ ключами своими открывает. Вы во сколько будете?
– Да в начале дня, пожалуй.
– Буду.
– Вот и отлично, – хлопнул я его по плечу. – Давай, до завтра, будь здоров.
Затем додж повез меня в порт, к Ивану. Вновь дорога через весь город, теперь уже проснувшийся и по случаю выходного дня оживленный, если суету возле магазинов и рюмочных можно считать оживлением. А вообще зрелище все равно унылое – все те же обшарпанные стены, облупившаяся штукатурка, невзрачная одежда на пешеходах и все то же постоянное ощущение тоски какой-то, что ли.
Даже на пьяниц смотришь с пониманием – соображаешь, что вот им уже легче, мир вроде как чуть украсился. Тьфу, мля, ноги надо отсюда делать. Даже в Захолмье куда лучше: там хоть просто деревня, а тут и вправду отстойник какой-то, пропади он пропадом.
У крыльца хинкальной шла какая-то вялая пьяная драка, несколько мужиков то ли толкались, то ли обнимались, то ли растаскивали дерущихся – точно понять я так и не смог.
