Висящий над нами призрак вдруг попытался дернуть вниз, испугав меня, заставив присесть и вскинуть автомат, но словно на невидимую стену налетел. Мне даже показалось, что я ощутил его боль, – как будто эта темная тварь на электрическую ограду наткнулась. Ага, не можешь… хрен тебе в сумку.
Мокрый песок под сапогами сменился сухим, остров-коса был полностью песчаным, по сути – отмель-переросток. Включились фонари под стволами, их лучи зашарили вокруг в поисках возможной опасности, но островок был пустынным – за исключением суматошно носящегося где-то вверху призрака, никакой угрозы видно не было.
– Ну и что это? – вновь переспросил Иван, когда мы совсем близко подошли к сарайчику, или как это строеньице надо было называть.
В высоту метра полтора, в ширину столько же, в длину два с половиной. Умело сколочено из добротной доски на манер железнодорожного вагона-теплушки, края взяты в железный уголок. И как сюда такое привезли? Или, скорее всего, уже здесь собрали, из отдельных деталей.
– Дверь где здесь? – озабоченно пробормотал Иван, обходя сараюшку по кругу.
– А хрен его… – озадачился я, но вдруг сообразил: – Да вот, вся стенка с торца открывается.
Действительно, стена сарайчика на манер откидной аппарели откидывалась наружу. Я повернул небольшой рычажок, что-то лязгнуло внутри, и я едва успел отскочить, а то бы тяжеленная створка свалилась мне на ноги.
– Опа, – сказал Иван, уставившись на что-то внутри. – Ни хрена себе.
Я заглянул, дернулся испуганно, затем, принюхавшись, спросил:
– А че не воняет-то?
– А он не разлагается здесь, – сказал Иван, присаживаясь на корточки возле лежащего в сарайчике трупа.
– Посвети.
Человек лет сорока, в традиционной брезентовой штормовке, надетой на свитер. Лежит лицом вниз, голова вывернута в нашу сторону. Лицо серое, бескровное, обвисшее, но не разлагающееся. Такие же серые кисти рук, нелепо, неестественно подвернутые ступни, подкованные подошвы немецких трофейных сапог. На поясе кобура, из которой торчит рукоятка «Вальтера П38».
Кобура застегнута. Рядом стоит аккуратно прислоненный к стенке СКС. Если принадлежал убитому, то это он, скорее всего, его так и подставил.
– В затылок его, – сказал Иван, склонившись.
– Да вижу.
Трудно не заметить. Пуля, пролетев сквозь череп, выбила равную дыру во лбу, из которой натекло немало крови, давно уже запекшейся, но при этом почему-то не побуревшей. Так, что-то вроде кровавого цвета киселя получилось.
То есть такого убитый не ожидал.
