– А с актом как? Свистунов еще не закончил?
– Не, пока не закончил. Успеем с актом.
* * *Вид у Насти был усталый – тени под глазами, голос – короче, все признаки. Как она рассказала, летали сегодня весь день, только заправляться садились. В общем, и понятно: большинство заданий город дает, и он же платит по выполнении, так что сотрудники углегорского аэродрома сегодня деньги зарабатывали – хороший день год кормит, как говорится.
С этой точки зрения день у нас с Федькой тоже удачный вышел: размякший от покупки «тазика» Рома вписал в акт самую высокую возможную цену, а товар был принят весь – и грузовик, и аккумуляторы, и запчасти, несколько ящиков которых мы тоже успели загрузить.
Если уж возвращаться к мечте залечь в спячку до весны, то с финансовой стороны она была более чем реальна. Другое дело, что со всех других сторон она так мечтой и оставалась.
А вот что касается остального… там все сложнее. Настя, выслушав рассказ о наших похождениях за сегодня, предложила на Пашу просто заявить.
Пойти «куда следует» и там заявление написать. Пришлось отговаривать: все равно никаких прямых доказательств нет, только косвенные, да и непонятно, кто за Пашей вообще стоять может. Если брать ту действительность, из которой я сюда провалился, то правильный сотрудник правильного ведомства мог вообще что угодно творить, свои бы всегда прикрыли: «с Дону выдачи нет». В Настиной же действительности, с ее слов, было все не так, но мне как-то не верилось в то, что в России что-то подобное быть может, пусть даже и в параллельной.
Непривычно это как-то, совсем на фантастику похоже.
– Просто осторожней с ним пока надо, – объяснял я ей унылую реальность. – И наедине желательно не оставаться, но так ничего не показывать. Присмотримся. И когда разберемся…
– Что тогда?
– Тогда и видно будет, – уклонился я от прямого ответа. – Все возможно.
– Что именно возможно? – уточнила она. – Возможно, например, что он с этим так и дальше здравствовать будет?
– Нет, это невозможно.
Здравствовать он если и будет, то очень недолго.
Это я сказал вполне твердо, потому что уже и сам решил, что если Пашу сдать кому-то, кто его повесит за все художества, не получится, то я как бы и сам смогу справиться с ситуацией, «в ручном режиме». Скажу даже больше: я бы предпочел решить эту проблему сам, а не ожидать правосудия, в которое не очень верилось. Но дальше видно будет – надо пока успеть получить максимум информации.
