Движение к цели

— И поскольку, — продолжаю стебаться я, — традиционное празднование делает акцент на ублажении мужчин, бывших, действительных и будущих защитников отечества и слабого женского начала, было бы уместно провести гладиаторские бои среди женщин.

— Однако, — раздаётся строгий голос от двери.

Увлечённые дискуссией, мы и не замечаем, как в кабинет входит Новицкая.

— Ну и идеи тут у вас витают, — говорит она. — Что за неуместный эротизм в таком серьёзном деле, как выездное празднование дня советской армии?

Все становятся серьёзными и только у непривлекательной Кати в глазах за очками пляшут озорные огоньки.

— Так, боевые подруги, Егора я у вас заберу. Будем считать, что новыми идеями он вас уже оплодотворил. Давайте сами додумывайте, как лучше поздравить мужчин, а то он вам и не такое ещё предложит, я чувствую.

Я встаю и, попрощавшись с членами комиссии, выхожу вслед за Ириной.

— А ты, я вижу, не из робких, да? — спрашивает она и пристально смотрит в глаза.

— Стараюсь, Ирина, — отвечаю я.

— Да, Викторовна, — я согласно киваю.

— Увидим, — говорит она, — насколько это соответствует действительности на празднике.

— Пойдём, расскажешь Артёму, как ваша школа готовится к собранию.

После беседы с Артёмом, ответив на все его скучные и нудные вопросы, я выхожу из горкома и планирую отправиться в бар. Удивительная у меня широта интересов. Думаю, Новицкая была бы удивлена, узнай сколько всего разного приходится мне делать. И учёбы в этом списке практически нет.

Прежде чем идти в место греха, я захожу домой, чтобы переодеться.

— Ну что, — интересуется он, — ходил к Скачкову?

— Да, ходил, — качаю я головой. — Ну он тот ещё перец, скажу тебе.

— Ага, перец, точно. Отлаял небось?

— Ну, попытался, — усмехаюсь я.

— Попытался. Ты, брат, мне-то не заливай. Я его неплохо знаю. Он пока в грязь тебя не вмажет, пальцем не пошевелит.

— Так что он сказал-то?

— Сказал, что через тебя ответ передаст. Подумает, можно ли меня всё-таки как-то в училище протащить, посоветуется с руководством и потом тебе сообщит.

— Серьёзно? — удивляется отец. — Что прям так и сказал? Или разыгрываешь? Просто на него это не похоже.

— Ну, я его впечатлил. Так что он хочет меня тренировать.

— А ты, я смотрю, от скромности не помрёшь, — усмехается отец.

Я немного вожусь с Раджой, а потом переодеваюсь и иду в бар. На выходе из подъезда сталкиваюсь с Рыбкиной.

— Ты куда? — спрашивает она. — У нас же занятие по расписанию.

— Наташ, давай перенесём.