Движение к цели

Удивительно, она выглядит почти так же, как в моём времени, только морщин нет и жопа поменьше, хотя широта кости, особенно в тазобедренном отделе видна уже сейчас.

— Вот, Валентина Романовна, разрешите вам представить секретаря нашей школьной комсомольской организации, Егора Брагина.

— Здравствуйте, Валентина Романовна, — уверенно произношу я и протягиваю руку. — Очень рад с вами познакомиться. Много хорошего о вас слышал.

— Да? — немного надменно поднимает она бровь, а Крикунов делает глаза по полтиннику, ожидая от меня какой-нибудь гадости.

 — И чего же ты слышал?

— Слышал, что благодаря вам, район добился значительных результатов, и ваш вклад в этом довольно большой?

— И от кого же ты слышал? — кривит она в усмешке тонкие губы. — От Крикунова?

— Нет, Андрей Михайлович говорит, что ваш вклад в этом не большой, а решающий. Довольно большим его Новицкая называет.

— Ирина Викторовна? — удивляется Куренкова.

— Вот именно, — соглашаюсь я, — она самая. Скажите мне пожалуйста, Валентина Романовна, вы не будете возражать если я вам дам слово? У нас сегодня в повестке подведение итогов сбора макулатуры и постановка новых задач.

Можно выступить с напутствием и пожеланиями новых успехов. Или просто короткое приветствие?

— Хм, — качает она головой. — Могу вас поприветствовать.

— А что результаты по макулатуре действительно хорошие?

Да кто ж его знает, милая моя капиталистка будущего. Но, на всякий случай, скажем, что хорошие, просто отличные.

— Замечательные, — подтверждаю я. — Правда, признаюсь, моих организаторских способностей для этого маловато.

Если бы не Андрей Михайлович, думаю, результаты были бы намного скромнее. А так мы сдали практически двадцать тонн.

— Двадцать? — переспрашивает она.

— Ну, — говорит он, — нам уже пора. Давайте пройдём в актовый зал.

— Я полагаю, Валентину Романовну можно сразу в президиум проводить?

Крикунов снова крякает.

Мы поднимаемся на пятый этаж и заходим в зал. Он уже полный. Стоит шум и гвалт. Поднимаемся на сцену и усаживаемся за стол, покрытый малиновой плюшевой скатертью.

Ну что же, нужно провести собрание. План с Крикуновым я уже обсудил. Значит, надо действовать, причём скорее, чтобы не тянуть кота за хвост и скорее бежать к табачному капитану.

— Товарищи! — говорю я громогласно, как на плацу.

Общий гвалт немного стихает и все удивлённо смотрят в мою сторону. Классные руководители успокаивают неуспокаеваемых и воцаряется относительная тишина.

— Собрание комсомольской организации школы объявляю открытым.