Двое. После

И это… пока не забыл: в четверг нас пригласили на открытие гостиницы, которую мы с отцом строили. Ты же со мной пойдешь?

Я разглядываю блестящий набалдашник пресс-папье, пока в памяти проносится черно-белый текст из интернета: Гранд-сьютс на Петровке. Скоро открытие.

— Да, — шевелю стремительно слипающимися губами. — Да, пойду.

10

— Точно не слишком? — глядя на свое размытое отражение в автомобильном стекле, я нервно подтягиваю бретельку вверх. — Грудь не слишком открыта?

Рука Антона касается моей поясницы и успокаивающе ее поглаживает.

"

"— Выглядишь обалденно, Тай. Все, как надо.

Платье, надетое на мне — произведение искусства. Длиной в пол, из тончайшего кружева, расшитого пайетками. Это подарок Антона, от которого я пыталась отказаться. В моем гардеробе из жизни «До» и так хранится слишком много неприлично дорогих нарядов, а к шоппингу я совершенно охладела. Согласилась на покупку только потому, что Антон очень настаивал. После того непростого разговора он чувствует себя виноватым и старается быть вдвойне ко мне внимательным.

Вчера, например, принес Банди пищащую резиновую курицу, которой тот уже успел отгрызть хвост.

«Гранд-Сьютс» оправдывает свое величественное название — здесь впечатляет все. От внушительной золотой вывески, украшающей гранитный фасад, до встречающего портье в красной ливрее. Теперь к волнению от предстоящей, пусть и мимолетной, встречи с Булатом, примешивается новое чувство: гордость. За то, что в бизнесе у него все прекрасно, что он не останавливается на достигнутом и что его новый отель настолько красивый, что запросто может позволить себе размещать знаменитостей.

Пусть успех Булата никак меня не коснется, сейчас я искренне радуюсь, что он у него есть. Вон сколько важных людей на дорогих машинах приехали его поддержать.

— Отец уже здесь, — Антон кивает на припаркованный справа внедорожник, за рулем которого сидит коротко стриженный мужчина — очевидно, водитель. — Ждут нас в вестибюле.

Пока мы поднимаемся по красным гранитным ступеням, я в очередной раз думаю, что совершила ошибку, согласившись прийти сюда.

Будто все это неправильно: я, Антон, его родители и Булат в одном помещении.

Много раз об этом думала — и все равно согласилась. Даже сменами поменялась, ради того чтобы быть здесь. Тысячу оправданий себе придумала: что некрасиво оставлять Антона без сопровождения, что его мама с папой могут обидеться, и что это мероприятие — хороший повод научиться держать лицо.