Двое среди руин

Стая, видя, как одна из их товарок исчезает в земляном провале, разом вскинулась и бросилась к месту, куда скрылся подземный житель. Раздался утробный визг — первая, которая осмелилась сунуться в отверстие, выскочила назад с окровавленной мордой. Остальные сгрудились над норой, лая и рыча, но ни одна больше не решилась повторить нападения. Видимо, они уже хорошо понимали, что означает для любой из них вхождение в область, где перевес всегда будет не на их стороне… Впрочем, я помнил, какие размеры лап у этого зверя.

Его собратья могли успеть вырасти еще больше — вряд ли они уступали собакам и в массе, и в силе.

— Откуда он взялся?

— Вылез на шум, наверное. У них должен быть очень хороший слух, раз зрение не очень… Когда мы пытались его подманить, он не стал вылезать.

— А чем ты его подманивал?

Ната заинтересованно разглядывала мечущихся псов.

— Хлебом пытался. Но он не реагировал.

— А я знаю… На что надо было. Он чует смерть. Так что на хлеб не стоило и пытаться!

— Смерть?

— Кровь. Он должен чувствовать кровь — как акула в море.

Она тоже проплывает большое расстояние, если чует в воде кровь. Вот и эти такие же… Подземные акулы.

— Свинорылы. Подземные акулы. Ну… логика есть. Правда, я не знаю, как сейчас должна выглядеть и настоящая акула…

Ната вздохнула облегченно.

— Столько всего сразу. Мне показалось, что уже все… конец.

— Мне тоже…

Ната повернулась ко мне и взяла меня за руку.

— Если у нас не будет выхода — как сегодня… то тогда лучше убей меня сам! Обещаешь?

— Ты с ума сошла?

— Я не хочу быть съеденной заживо…

Я долго смотрел ей в глаза.

Ната не играла — все говорила вполне серьезно.

— Ната… Я никому не позволю тебе сделать больно.

— Больно? Ты хороший, Дар. Только наивный… и мечтатель. Разве ты смог бы убить вот такого? А он бы смог. Нас всех. И знаешь… пойдем домой, в подвал. Мне совсем расхотелось путешествовать. Там так спокойно…"

"Угар, до сих пор молча ждущий на гребне оврага, коротко рыкнул при слове «подвал». Он тоже не хотел больше оставаться здесь, пусть даже вблизи сородичей.

Или, именно потому, что они слишком близко…

— Как твоя нога?

В пылу бегства я совсем забыл про укус. Зато Ната, увидев, как я всякий раз морщусь, наклонилась и стала рассматривать рану.

— Только вскользь, кость не задета. Надо перевязать. Достань бинт.

Из ткани, которой в подвале было великое множество, мы наделали полотнищ специально на такой случай. И теперь несколько уже готовых перевязок лежало в наших мешках.