Двое среди руин

Я остановился — оставляя ее, подвал и все, что в нем находится — я обеспечивал ее на длительное и безбедное существование. Но тем самым, обрекал на лишения себя. И помощь верного и могучего пса вряд ли окажется лишней. Тем более что я все-таки считал его своим — в силу того, что было между нами.

— Ко мне.

Пес подбежал, помахивая хвостом. Я ухватил его за его холку.

— Пошли.

Угар сделал шаг, извернулся и вопросительно посмотрел на оставшуюся стоять с широко раскрытыми глазами Нату… Девушка заметно побледнела — похоже, она все поняла…

— Пошли.

Пес уперся. Он замотал головой, вырвался из моих рук и подбежал к Нате.

— Дар!

Я вздрогнул. Окрик словно ударил меня по нервам — но я знал, что если обернусь, то уже не смогу выполнить, что задумал.

— Дар!!!

Я сжал кулаки до боли в пальцах и упрямо ринулся вперед, прочь из ставшего вдруг тесным и душным подвала…

Она не выбежала вслед за мной. И Угар — пес, который, как я надеялся, станет мне надежным помощником в предстоящих странствиях — тоже остался в подвале.

Удерживаемый ли ею, или, по собственному желанию — но он не шел сейчас рядом со мной.

А я… Я месил ногами грязь, с каждым шагом распаляя себя все больше и больше, взвинчиваясь, как пружина. В такие минуты всегда хочется боя, драки — с кем угодно и по любому поводу. Но в развалинах не встречались большие и обезумевшие коты, не появлялись крысы, которые жили на той стороне реки, не прилетали вороны, обитающие далеко отсюда — в провале.

Только нудно и бесконечно моросил мелкий дождичек, противно капающий за открытый ворот куртки. Я не знал, куда шел. Ноги сами несли — я даже не задумывался о направлении, целиком и полностью поглощенный мыслями о том, что произошло. Меня никто не преследовал, не догонял… Видимо, Ната решила, что так лучше и для нее. Я скупо и зло усмехнулся — Что ж, ты получил то, что и хотел… Ну и ладно — начнем все, по новой!

…Как я оказался на его берегах — это осталось непостижимо для меня самого.

Перепрыгивая через очередной валун, обходя почти занесенные землей плиты и камни, я вдруг вышел к краю водной чаши. Озеро появилось сразу. Как и в тот раз. Но его берег… Вначале я не понял, что видят мои глаза. А потом…

… Тут потрудились вороны. Ни одно из тех тел, что оказалось вмерзшим в лед, не осталось нетронутым.