Двое среди руин

Мы, разгоряченные сражением, быстро осмотрелись — никто не был ранен, даже легко. Угара спас ошейник, когда-то придуманный мной, а нам с Натой просто повезло… Я подошел к кошке, уже начавшей остывать на пронизывающем ветру:

— Ната… Посмотри.

Она приблизилась, все еще держа зверя на прицеле.

— Мертв?

— Мертва. Это самка. А самец… кот ушел. Придется искать.

— Сейчас? — Ната широко раскрыла глаза. Я подумал, что она более чем права. Ночь уже вступила в свои права, а холод не позволял покинуть убежище.

— Не сейчас. Утром. Наверное…

Ната, опустившись на колени возле мертвого тела, вдруг вскрикнула:

— Дар, видишь?

— Что? — Я заинтересованно присел рядом."

"Ната ткнула пальцем в спину кошки:

— Видишь? Это она! Та самая! Что напала на Угара!

От самой шеи и до хвоста тянулась характерная светло-желтая полоска… Я вспомнил, как сам говорил девушке об особой примете — да, мало похоже, что в руинах обретаются целые стаи «перерожденных» котов, скорее всего, это именно она и есть.

Быстро перевернув самку, я увидел след от зажившего шрама — метка от попадания стрелы, заставившей ее тогда убраться прочь.

— Вот и встретились.

… Уже не опасаясь нападения, я соорудил факел и вполз на четвереньках в лаз. Внутри, сжавшись в пару комочков, злобно шипели два котенка. Ната заинтересованно спросила, стоя подле входа:

— Что там?

— Ничего. Уже — ничего. — Я протянул руку и ухватил одного из котят за шею. Тот попытался укусить, и я придавил звереныша к земле. Второй решил было выскочить наружу, но я отбросил его ногой обратно.

У обоих уже виделись небольшие клыки — более, чем характерное отличие от настоящих домашних котят. Сомнения разрешились быстро. Пытаться воспитать разительно новых зверей — безумие. Оставлять котят в живых — оказаться однажды перед грозным и очень опасным врагом. Стараясь не шуметь, я ухватил второго котенка и сжал пальцы…

— Дар, ты скоро? Холодно очень! А там, внутри, кто-нибудь есть? Кто пищал?

— Котят нет. Похоже, они сбежали во время драки… — Я быстро вырыл ямку, куда спрятал тельца задушенных зверят, присыпал и набросил сверху мешок.

Угрызений совести не испытывал. Это раньше они были домашними… Сейчас — совершенно чуждые и смертельно опасные. И выбор стоял простой: или мы, или — они. Осмотрев логово, я убедился в отсутствии других детенышей. И только потом позвал Нату.

Снаружи бушевала настоящая снежная буря — более чем странно, учитывая календарное время года.