Двое среди руин

Пес вопросительно посмотрел на меня, ожидая: на этот-то раз, ему выделят его долю? Ната вздохнула, доставая нож…

— Ты меня заразил своим стремлением убивать. У нас есть еда в мешках, есть крол — зачем мы это сделали?

— Мы — охотники, Ната. — Я положил руку на рукоять ножа, собираясь помочь ей разделать тушки. — И жить отныне станем, как охотники. Нам требуется не только еда, но и шкуры животных. От этого никуда не деться… А насчет использования их в пищу — у нас есть, кому об этом позаботиться. Мне кажется, что кашей теперь ты от него не отделаешься… Ручаюсь, что пес предпочтет свежее мясо, и его не мучают угрызения совести.

Да и по виду они вполне съедобны, не находишь?

— Фу! — она очаровательно вздернула носик. — Не говори так! Я согласна съесть что угодно — но только не существо, так похожее на крысу.

— Ну, этим далеко до крыс. Хотя я вовсе не уверен, что они не имеют общих корней. И те, и другие — грызуны. Кстати, крол тоже к ним относится…

— Хочешь съесть все один? Еще слово — и меня стошнит!

— Все-все… молчу.

Ты готовишь — мы на охрану.

Ната кивнула. Я поднялся и свистнул Угару. Тот с сожалением посмотрел на тушки животных и уныло поднялся.

— Ничего, от тебя не убудет… Вот приготовит наша хозяйка все, как надо — вернемся и поедим. Мы на твою порцию претендовать не станем. Это уж точно…

Больше нас никто не потревожил. Ната собрала все внутренности крола, добавила к ним убитых стрелами зверьков — мы сняли только шкуру! — и все это положила перед псом.

Угар так стал хрустеть костями, переламывая их в своих жутких челюстях, что мы перестали есть сами…

— Ну и силища…

— Как пресс, — хладнокровно заметил я. — Несколько атмосфер.

— Что?

— Давление так меряют. Помнишь, как он грыз кости овцебыка? А это для него — мелочь…

Ната пожарила мясо на прутьях, принесла воды из ручья, достали из мешка лепешки — и мы стали насыщаться нежным мясом, не забывая между делом посматривать по сторонам. Я заметил, что на воздухе мы стали есть намного больше — даже Ната, которая дома предпочитала ограничиваться совсем уж маленькими порциями.

Не помогали мои просьбы подумать о своем здоровье: она еле-еле вталкивала в себя консервы или самой же приготовленные каши. Но здесь, вдали от склада, уговаривать уже не приходилось. Наверное, это объяснялось и тем, что мы тратили гораздо больше энергии, чем сидя в подвале.

Ната потрогала мои мышцы и удовлетворенно кивнула — последствия ранений прошли совсем.