Что могло быть хуже камня?
""Ну хоть не битое стекло"", — мысль как мелькнула, так и погасла.
Было, в общем-то, не до теоретических размышлений.
Марк навалился сверху, сгибая ногу Тома в колене и пытаясь закинуть ее на себя. Томас обхватил спину мужа, слегка приподнимаясь. Он решил, что вернет Далтону свободу только после того, как получит желаемое, потому что силы уже были на исходе. Марк же расценил это по-своему и полез целоваться, сопровождая поцелуй резким толчком и новым раундом тягучей, как карамель, пытки.
Приходилось впиваться ногтями в спину, только чтобы Марк никуда не делся снова, Томас бы не выдержал, поэтому цеплялся за него, как утопающий. Голосового сопровождения альфа все-таки дождался, Хейли окончательно перестало что-либо заботить в этом мире, он был уже в другом, поэтому стонал в свое и его удовольствие. В награду он получал короткие нежные поцелуи. Смирившись, позвоночник перестал чувствовать боль от твердой поверхности, с которой периодически сталкивался.
Не хватало малого, совсем чуть-чуть.
Но это ""чуть-чуть"" никак не хотело наступать. Было обидно почти до слез. Казалось, что Марк нарочно издевается. А может, так оно и было. Из последних сил Том подался вперед, подтягивая и вторую ногу, которую уже почти не чувствовал, она попросту онемела от неестественного положения. Далтон на движение отреагировал и помог завести ее себе за спину, самостоятельно у омеги все равно бы уже не получилось. Альфа запустил руку между ними и коснулся плоти Томаса и этого оказалось достаточно — он вцепился ногтями в спину Марка, скрестил ноги и уперся пятками чуть ниже поясницы супруга.
Последние фрикции Том уже почти не ощущал. Позвоночник выгнулся навстречу, омега вскрикнул и по телу одна за одной пошли судороги, которые закончились настоящим тремором — Томас дрожал и на глазах выступили слезы. Мышцы не хотели успокаиваться, и Далтон принялся его поглаживать и разминать, приговаривая что-то отвлекающее.
— Иди ко мне, — Марк сгреб Тома в объятия и поднял.
— Пойдем в воду, там мышцы быстрее расслабятся.
Том молча уткнулся в плечо и приходил в себя. Идти самостоятельно он пока не мог. Он старался не обращать внимание на то, что своим животом перепачкал и Марка, а по бедру стекает струйка последнего супружеского подарка. Хотелось как можно скорее оказаться в море.
— Я расцарапал тебе спину, — от морской воды на спине Марка появились красные вздувшиеся полосы.
— Потому что тебе было хорошо.
