Двойная взлётная

Тяну время, припоминая, когда мне последний раз дарили украшения, ну так, чтоб не бижутерия. На мое двадцатипятилетие Коленька преподнес браслет, золотой, но потом при разводе сам же его и забрал. Объяснив это тем, что он его дарил любимой жене, а не той суке, которой я стала сейчас.

А вот теперь даже стало любопытно, в какую сумму Громов и Шульгин оценили эти самые неудобства, причиненные мне, а потом и удовольствие.

Коля строчит сообщения.

«Скоро будешь дома?»

Бывший муж — это как синдром фантомной конечности: ты понимаешь, что ее нет, но субъективно все равно ощущаешь, как после ампутации.

Коля вместе с его мамой — это моя фантомная конечность и боль. О моем существовании они могут забыть, только потеряв память.

Теперь интересно не только то, что в бархатной коробочке, но и чего же так настойчиво хочет Николай.

Снова беру ее в руки, верчу в разные стороны. Я не такая ханжа, как может показаться, мол, сижу и набиваю себе цену. Мне дарили сувениры после полетов, давали хорошие чаевые в конверте.

Это все была искренняя благодарность за прекрасный полет и мою проделанную работу.

Но я не трахалась со своими пассажирами, не делала минет до собственного же оргазма в номере, не занималась сексом по очереди с двумя мужиками. Утром с одним, вечером с другим, так это может войти в привычку.

Господи, о чем я только думаю?

Мне не платили за интим. Никогда.

А вот теперь я как девственница, оскорбленная до глубины души, ломаюсь и не могу открыть эту чертову коробку. Накручивая себя, вешая ярлыки и ценники.

Надо всегда понимать, что у мужчин все просто, их логика как танк на боевых учениях. Она прет напролом, и то, что тебя может оскорбить, для них пиздец как круто и просто.

Открываю, хочу уже видеть, что там, но внутри небольшой бархатный мешочек на завязках. Пальцы от нервов затягивают узел, долго распутываю его, но, когда на ладонь высыпаются маленькие белые камушки, переливающиеся в свете закатного майского солнца, я теряю дар речи.

«Крис, ты любишь бриллианты?» — Вопрос был задан небрежно и выбивался из контекста всей нашей вчерашней беседы.

Их ровно семь. Каждый размером с небольшую горошину, наверное, миллиметров восемь или больше в диаметре. Они совершенные, кристально чистые, отбрасывающие блеск по всему салону, так что я жмурюсь. Я не сильна в оценке бриллиантов, даже не знаю их стоимость, но то, что я вижу, стоит недешево.

Якут компенсировал неудобства красивыми камушками, которыми за неудобства расплатились со мной.