Двойня в подарок-2. Семья
2 прочтения
Ракетой взлетаю по лестнице и, ворвавшись в детскую, словно через портал попадаю в другую реальность. В комнате царят тишина и полумрак. Раскинувшись каждая в своей кроватке, мои дочки спят как ни в чем не бывало. А рядом на диванчике дремлет Надежда.
— Ну ты даешь! — выдыхаю я с восхищением. Я тут вся на нервах и Сайгой у двери караулю, а Надюшка с девчонками спать улеглись.
— У нас все по режиму, — усевшись на диване, сонно откидывает назад темные пряди Надежда. — Все закончилось.
— Да, их взяли. Но я твоей выдержке поражаюсь, — охаю я, возвращаясь к двери.
— А чего паниковать? Я знала, что Тима приедет и нас спасет.
«Тима! — вскипаю я внутри от негодования. — А Лера не в счет? Окна и двери Тима закрыл, что ли?»
— Лера, — окликает меня на пороге Надежда. — Там Торгановский джип около ворот маячит. Ты скажи, что я сплю, ладно? Не хочу его видеть.
— Ладно, — растерянно пожимаю я плечами. — Как хочешь…
В такие моменты даже заклятые враги мирятся, а поскандалившие любовники и подавно должны.
«Детский сад», — хмыкаю я, слетая по лестнице.
Торганов вон сразу примчался. А Надя наша строит из себя неприступную крепость.
— Да твоей жене нужно медаль вручить, — басит кто-то внизу.
— Ты мне лучше скажи, какая сука ко мне отморозков прислала? — рычит Тимофей.
Спускаюсь нерешительно. Вдруг у Тимы серьезный разговор, а я помешала.
— Лера, — хватает меня за руку муж, стоит мне только спуститься на первый этаж.
— Да, дочки спят, — киваю я, натыкаясь на встревоженный взгляд мужа. И словно чувствую, как он выдыхает облегченно.
Как обычно тут же подпадаю под обаяние Морозова. Расплываюсь от его взгляда. И чувствую себя в полной безопасности. Тима рядом, а значит, прорвемся.
— Везет же, — хмыкает муж. И одним движением притягивает меня к себе.
Поднимаю глаза на строгого мужчину в прокурорском кителе.
— Ну ты молоток, Мороз. Двойню нафеячил.
— Учись, стажер, — добродушно подкалывает прокурора Тимофей и представляет мне незнакомца. Официально. Слишком официально.
— К нам прокуратура из области пожаловала. Лично Феликс Алексеевич Сарычев, — вроде бы серьезно говорит Морозов, но в голосе чувствуется насмешка. Или мне только кажется.
