Двойник с того света

 – Офицер трижды осенил себя крестным знамением и сказал: – Да, Александр Данилович действительно был с тростью. Но откуда я мог знать, что её набалдашник такой дорогой? Он же всегда рукой был закрыт. А рука в перчатке. Как увидеть?

– А клинья золотые тоже не видел? Они в трёх местах вставлены по всей длине.

– Нет, не заметил я ничего такого.

– Ну а потом, когда ты вещи его описывал, куда трость делась?

– Не знаю. Никакой трости я не изымал.

– Как же так? Неужто в голове у тебя не промелькнуло: всё время светлейший с тростью ходил, а теперь без неё, куда же он её спрятал?

– Не до трости было.

Других забот хватало. Солдаты болели. Один умер в дороге. Проезжали мимо деревни. Зашли в избу переночевать, а там оспа у всех. Да и супружница Меншикова расхворалась. Носились с ней, не знали, что делать. Ни лекаря, ни знахаря. Горе одно вокруг.

– Супружница, говоришь, – усевшись на место и глядя в стол, задумчиво проронил статский советник. – Так-так…»

Ардашев заснул. Пригрезился Папасов, но без собственной головы.

Он держал её в руках и разговаривал с Климом. Вернее, говорила голова. Студент дрожал от страха и не мог понять, куда смотреть, то ли на то место, где она должна была находиться, то ли туда, где она была на самом деле – у пояса фабриканта. Потом появилась Ксения. Она обошла вокруг отца и, поняв, что произошло непоправимое, упала на колени и стала выть от горя, как воет в полнолуние волчица: ву-у, ву-у, ву-у…

Клим открыл глаза. Но вой продолжался. Только он шёл не с улицы, а откуда-то снизу.

Да, это был человеческий голос, не волчий, – страшный, отчаянный, предсмертный. Он поднялся и прошлёпал босыми ногами к трубе, шедшей снизу на крышу через мансарду. Звук доносился оттуда. Тогда он взял со стола кружку и, приставив её к кирпичной кладке дымохода, приложил ухо к донышку. Теперь завывание слышалось отчётливо. «Вероятно, что-то случилось с хозяйкой. Возможно, умирает», – подумал он. Но вдруг послышался голос Прасковьи Никаноровны, но не очень разборчиво. Можно было понять лишь отдельные слова: «Перестань выть… Разбудишь… опять накажу… ещё два дня без еды… сдохнешь».

Сон пропал, точно и не было. «Так-так, прежде всего надобно успокоиться и трезво оценить обстановку, – подумал Клим. – Все ошибки совершаются в первые секунды волнительной ситуации. Лучше ничего не делать, чем в спешке наломать дров, а потом исправлять случившееся. Сейчас и покурить не грех. Это позволит успокоиться и выбрать правильное решение».