Двойной латте в дождливый день

Но как только папе приходило в голову «серьезно поговорить», это ничем хорошим не заканчивалось.

– Пап, давай не будем. Ты ведь знаешь, что я не передумаю.

– Я и не собирался тебя в чем-то переубеждать, сынок, – слишком быстро ответил он. – Я хотел извиниться.

Я подавился воздухом от изумления. Папа? Извиниться? Там за окном случайно не пошел град? Или любой другой природный катаклизм?

– Не смотри на меня так, – он слабо улыбнулся. – Когда случился приступ, я думал, что умру. А в такие моменты многое переосмысливаешь.

Я не должен был пытаться давить на тебя. Я не учел одну простую истину.

– Ты слишком похож на меня. Такой же упрямый и целеустремленный. А раз в тебе есть эта черта, значит, ты сможешь добиться успеха в любой области.

Я не верил собственным ушам. Артур говорил, что отец толкал подобные речи обо мне, но услышать их лично… Папа, который с пятнадцати лет твердил мне, что я страдаю ерундой и ничего не добьюсь, наконец-то готов поддержать мои стремления?

– К чему ты клонишь, пап?

Я нутром чувствовал подвох.

И не зря.

– При всем уважении, я не могу закрывать глаза на то, что ты тратишь время впустую. Ты мой сын, Рэй, и я хочу быть уверен, что у тебя будет стабильное будущее.

– И что ты предлагаешь? – спросил я.

Отец смерил меня серьезным взглядом:

– Я бизнесмен, и мечты для меня – пустой звук. Мне нужна стратегия. Результаты. Я предлагаю пари. Ты ведь уже написал книгу? – Он впервые произнес это слово без пренебрежения к выбору моей профессии.

– Отлично. Даю тебе время до конца учебного года, – сказал он. – Отправляй рукопись в издательства, с которыми хотел бы сотрудничать. Делай все от тебя зависящее, чтобы ее приняли на рассмотрение. Если у тебя получится, я больше ни слова не скажу от твоем выборе и буду всячески поддерживать. Но если ничего не выйдет, ты вернешься в Нью-Йорк и начнешь изучать юриспруденцию, чтобы потом работать в моей фирме. – Отец тяжело выдохнул.

Я пребывал в легком шоке от того, что он готов был дать мне шанс, а еще меня начал одолевать страх.

Все это время я писал для себя и получал от этого удовольствие, но никогда не пробовал отправить рукопись в издательство или хотя бы выложить книгу на суд читателей. Я постоянно откладывал этот шаг из-за страха неудачи. Но отец был прав. Пора начинать действовать, чтобы доказать и себе, и другим, что я чего-то стою.

– Ты согласен на эти условия? – спросил папа, протянув руку.