Двойной латте в дождливый день

У него была такая же сладкая, приторная улыбочка, словно он вышел из рекламы услуг дантиста. А мой отчим был той еще сволочью.

– Оу… – только и смог выдавить я.

Зак редко рассказывал о своей семье, но из таких коротких фраз я понимал, что детство у него было не самое счастливое.

– Не кисни тут, – Зак еще раз потрепал меня по волосам. – Позови Айви, а то она давно к нам не заглядывает. Я сегодня буду поздно или вообще не приду, – он подмигнул на прощание и ушел.

Как только дверь за ним закрылась, я сел за стол и, открыв ноутбук, набрал маму по видеосвязи.

Она быстро ответила, и на экране появилась ее голова крупным планом.

– Привет, Рэйден! У тебя что-то срочное? Я ухожу на встречу с Лиззи и не смогу говорить долго.

Как иронично. Мама собиралась на встречу с матерью той, кого я после стольких лет дружбы возненавидел за считаные секунды.

– Да, мама, дело очень срочное. Я хочу поговорить об Айви.

Полные губы мамы, накрашенные помадой нюдового оттенка, недовольно искривились:

– Давай позже, Рэйден, я не хочу портить себе настроение перед встречей с подругой.

Ее лицо вмиг стало на несколько тонов бледнее.

– Это было всего один раз после девичника моей кузины Сэнди!

– А еще я расскажу, что ты потом ездила без прав полгода. – Я состроил невинное выражение лица, пока мама пыхтела от возмущения.

После трагичного случая с двоюродным дядей отца, который едва не умер в автокатастрофе, потому что сел пьяным за руль, папа очень остро реагировал на это.

Он буквально приходил в ярость, если кто-то из его знакомых собирался сесть за руль даже после одного слабенького коктейля. Поэтому мама боялась того, какой грандиозный скандал ее ждет, если папа узнает о ее выходке.

– Ладно, – сдалась она и пригладила идеально уложенные волосы. – О чем ты хотел поговорить? О нашем с отцом мнении относительно твоей подружки тебе известию. И оно не изменилось и не изменится в ближайшее… Да никогда.

– О да, у тебя ведь такой достоверный источник.

Он наговорил тебе кучу небылиц о моей девушке, а ты и повелась, как наивная дурочка, еще и отца подговорила, – я не мог сдержать злость, и сарказм лился из меня, подобно грязной воде из прорванной канализационной трубы.

– О чем ты говоришь? – мама состроила гримасу недоумения, но от меня не укрылось, что она невольно потерла мочку уха.

– Мама, я читал твою переписку с Мелани, можешь больше не прикидываться.