Двойной латте в дождливый день

Я тоже сменила фамилию, но имя оставила – к «Айви» я успела привыкнуть и ощущала с этим именем особую связь, несмотря на то что «Вайнона» мне тоже нравилась.

– Проходи, ужин почти готов. – Мама снова вернулась к плите и начала помешивать лопаткой соус в кастрюле, и я поняла, что так она пытается скрыть собственное волнение.

– Полагаю, папа рассказал тебе о моем переезде?

– Да, – после недолгой паузы тихо выдавила она. – Я беспокоюсь за тебя, Айви. Ты ведь никогда не…

– Мам, хватит, – прервала я ее холодным тоном.

 – Не тебе указывать, как мне жить.

Раньше я бы не осмелилась так говорить. Раньше мама бы разразилась гневной тирадой, приправленной самыми обидными словами в мой адрес. Теперь же я не испытывала ни страха, ни даже вины, а мама не смела и рта открыть, чтобы оправдаться.

– Давай помогу, – предложила я, чтобы сгладить неловкость.

– Можешь расставить тарелки.

Мы ужинали в гробовом молчании.

Мне стало немного легче, когда на телефон пришло сообщение от Рэйдена.

Даже на экзамене по социологии так не нервничала.

Нет, я справлюсь. Люблю, хх

И я люблю тебя, родная.

Я попыталась сдержать улыбку, но мама, разрезавшая в этот момент пирог, заметила мои тщетные попытки.

– Переписываешься с Рэйденом?

– И когда вы переезжаете? – Она старалась говорить равнодушно, но я чувствовала ее недовольство.

– Через неделю. У Рэйдена остался последний экзамен, без сдачи которого его не примут в Нью-Йоркский университет.

– А ты сдала все экзамены?

– Да, по правде говоря, они мне и не нужны.

В программе по кулинарному искусству другие дисциплины, и мне придется учиться с первого курса.

Рэйден все мне рассказал. И про подставу Мэл с тортом, и про то, как она очерняла меня перед его родителями, и про то, что мои старания не прошли даром и Дебра согласилась мне помочь поступить в Нью-Йоркский университет. Теперь мы с Рэйденом будем учиться вместе. И жить тоже вместе.

Родители Рэйдена извинились передо мной за грубость и с тех пор относились ко мне гораздо теплее.

Хотя они по-прежнему негодовали из-за того, что их сын снова упрямится и собирается продолжать изучение литературы. Мистер Вэнс не верил, что его сын сумеет выиграть пари, и утверждал, что он поступает не по-мужски, нарушив их уговор. Рэйден же заявил, что совершил ошибку, когда поставил на кон мечту всей своей жизни и не собирается расплачиваться за нее, остаток жизни изучая то, что ему не по душе.

– Ты рада? Это ведь твоя мечта – покорить Нью-Йорк.