Двойной латте в дождливый день

Услышав в мамином тоне сарказм, я не смогла удержаться от ответной колкости:

– Да, очень рада. Я буду жить с любимым человеком, который понимает меня и поддерживает, несмотря ни на что, буду заниматься любимым делом и общаться с кем пожелаю. Без страхов, тотального контроля, паранойи и дурацких запретов.

– Я делала это, чтобы защитить…

– Мам, хватит. Ты делала это не для того, чтобы защитить меня, а чтобы… – Я раздраженно вздохнула: – Серьезно, а для чего ты все это делала? Ты знала, что папа рано или поздно добьется своего и возобновит со мной общение.

Знала, что твоя тайна раскроется, но продолжала вести свои странные игры и заставляла меня в этом участвовать. Ответь мне зачем?

Мама ковыряла пирог вилкой, не поднимая головы.

– Я пыталась доказать себе, что держу все под контролем. Это призрачное ощущение давало мне силы не оглядываться назад. Я постоянно пыталась сбежать от совершенных мною ошибок, от осознания того, что разрушила все, что было мне дорого, своими собственными руками. – Наконец она посмотрела на меня.

В ее взгляде не было вины или печали, лишь усталость. – Знаешь, это как спускаться с крутой горы. Чем быстрее бежишь, тем сложнее остановиться, и ты уже сам не замечаешь, что кубарем катишься вниз. Я так привыкла прятаться, убегать и скрывать правду, что просто не могла иначе.

– А я? В чем моя вина, мам? Ты запрещала мне находить друзей, встречаться с парнями, упрекала в наивности и глупости, хотя сама… – Я облизнула пересохшие губы. Мне не хотелось выяснять отношения, ведь я просто пришла попрощаться, но невысказанные обиды рвались наружу.

– Я правда хотела уберечь тебя от моих же ошибок.

Я усмехнулась и покачала головой:

– И поэтому взрастила во мне кучу комплексов и страхов?

Мама убрала салфетку, лежавшую на коленях, и поднялась из-за стола.

– Мне нечего тебе сказать, Айви. Я виновата перед тобой, но не собираюсь оправдываться. Я старалась заботиться о тебе и делала это так, как умела. Прости, что не стала для тебя хорошей матерью.

В груди заныло от досады, хоть я и не надеялась на искренний диалог по душам.

Мама всегда была холодной и отстраненной, и сегодняшний день не стал исключением.

– Ладно, мам, прошлое все равно уже не изменить. – Я встала следом за ней и спрятала руки в карманы джинсов, чтобы согреть заледеневшие от волнения пальцы. – Мне пора идти.

– Ты будешь приезжать в гости? – Мама поковыряла заусенец на ногте. Нервничала.

– Буду, если позовешь.

Она кивнула и сжала губы в тонкую линию.