Двойной удар. Трофей для чемпионов

Рома присоединился, методично, почти хладнокровно нанося удары ногами по ребрам лежащего.

Удары продолжались, и Аркадий уже не пытался защищаться, только сворачивался, пытаясь прикрыть голову. И тогда – сквозь туман боли и страха – я поняла, что они не остановятся.

Они собирались убить его.

Перед моими глазами пронеслась другая сцена – из прошлого. Мои сводные братья, отчим, наш дом. Удары. Хрипы. И его тело на мне, неподвижное, с открытыми глазами, смотрящими в никуда. А после я осталась одна, абсолютно одна.

Я не могла позволить истории повториться.

– Нет! – мой крик прорвался сквозь хаос. – Егор, Рома, остановитесь!

Но они не слышали. С трудом поднялась и бросилась к ним, схватив Егора за плечи, оттаскивая его назад.

– Пожалуйста, хватит! – умоляла я. – Вы убьете его! Я не могу вас потерять! Не могу!

На мгновение Егор повернулся ко мне с выражением такой ярости, что я отшатнулась. Но затем что-то изменилось в его глазах, он словно вернулся из темного места, куда его увлекла ярость.

– Юль… – хрипло произнес он, и его руки, только что наносившие удары, бережно обхватили мое лицо.

Рома замер, тяжело дыша. Он посмотрел на свои руки, потом на Аркадия, который уже не пытался встать, лишь стонал на полу.

– Вызывайте полицию, – сказал Рома одному из людей, приехавших с ними. – И скорую.

Громкий крик Аркадия вернул меня в настоящее. Полицейские заталкивали его на заднее сиденье патрульной машины, а он продолжал протестовать и требовать медицинскую помощь.

– Юль, – тихо позвал Егор, заметив, что я вздрогнула.

Я посмотрела на него, и внезапно горло сдавило от подступающих слез. Его лицо было так близко, глаза смотрели с такой болью и нежностью, что это почти разрывало меня на части.

– Спасибо, – это все, что я смогла выдавить из себя.

Он притянул меня к себе, осторожно обнимая. Я зарылась лицом в его плечо, вдыхая знакомый запах – кровь, пот и тот особенный аромат, который я всегда ассоциировала только с ним.

– Я думал, что потерял тебя, – прошептал он, уткнувшись лицом в мои волосы.

Его голос дрогнул, и он нежно поцеловал меня в висок.

– Я люблю тебя, Юль. Я так тебя люблю. Пожалуйста, прости меня за все мои глупости. За все, что я когда-либо делал не так. Я клянусь, что больше никогда…

Он не закончил фразу, просто продолжал гладить мои волосы, изредка касаясь губами виска или щеки.