Но я его не узнаю. А ты не заслуживаешь таких страданий. Потому тебе лучше и вправду покинуть это место. Гретта успела рассказать, что тебя держали закрытой.
— Да. Там я больше не могу оставаться. Больно, Гар, — всхлипнула я и тут же закрыла рот рукой. Мужчина обнял меня и по-отечески погладил по голове.
— Я знаю, милая. Но я верю, что ты найдешь в себе силы жить дальше. Может оно и к лучшему.
— Как же к лучшему? Гар, мне так страшно…
— Ты сильная девочка, а еще умная и целеустремленная. Луна любит нас и не желает никому горя.
— Луна отобрала у меня любимого, — я вскинула голову, злясь на их камень в небе, что управлял жизнями оборотней.
— Вика, ты не понимаешь, — покачал головой Гарольд. Провел рукой по щеке, убирая мои слезы.
— Ты человек. Не оборотень. А значит, и длительность жизни у тебя втрое короче. Раймонд не мог обратить тебя, только истинный может взять на себя ответственность за оборот перед Луной. Только его укус сделает тебя волчицей. И я верю, что ты встретишь его… Твоя судьба быть такой, как мы…
— Я не верю этому всему… Луна ненавидит меня, мою пришлую душу, — я снова всхлипнула.
— Она любит всех своих детей, а ты достойна стать волчицей.
— Гар…
— Все, Вика. Не спорь. Считай, что интуиция. А сейчас тебе нужно бежать. Вот ключи, — тот вложил мне брелок в руки. — Как хорошо, что ты умеешь водить, — выдохнул мужчина, ведь женщины этого мира сторонились автомобилей, чего я не понимала. Это же такой комфорт передвигаться на нем. Сжала ключи и посмотрела на Гарольда. Тот протягивал мне наручный артефакт.
— Что ты делаешь?
— Возьми. Там есть деньги. Пусть там не много, но на год безбедной жизни хватит.
— Не нужно. У меня свой.
— Вика, — осуждающе проговорил мужчина. А потом схватил мою руку и застегнул на руке браслет, с помощью которого можно было расплачиваться и куда автоматически поступали деньги со счета в королевском банке.
— Думаешь, я не знаю, что у тебя нет денег. Украшения и те отобрали, — выплюнул Гар.
— У меня было все необходимое, и я могла позволить себе многое.
Ты же знаешь, Раймонд меня ни в чем не ограничивал.
— Было все. Зато теперь ничего не осталось. Так что бери и не вздумай отказываться. В отличие от тебя нам всем платили зарплату.
Все его слова были чистой правдой. А я как дура верила своему мужчине и не могла даже представить, что окажусь в таком положении. Это будет мне урок. Гарольд тем временем продолжил:"
"— Сейчас езжай на вокзал. Вот билет с открытой датой. А это письмо моему другу.
