Начал неспешно приспускать рукава моего платья, оголяя хрупкие тонкие плечи. Декольте на платье было и так глубоким, и поэтому вместе с плечами мой волк получил доступ и к небольшой острой груди с розовыми сосками. Обойдя меня по кругу, он посмотрел в глаза, от этого голодного пристального взгляда я покраснела. Хорошо, что было темно.
Не размыкая наших взглядов, он медленно склонился и взял вершинку в рот, слегка прикусив. От этой ласки я не удержала судорожного вздоха, он слегка улыбнулся и другой рукой накрыл вторую грудь, сжав ее.
Потом начал подниматься неспешными поцелуями вверх: ключица — поцелуй, шея — поцелуй. Стоять было все сложнее, и, заметив это, он слегка толкнул меня назад, я почувствовала дверь за спиной. От вспыхнувших чувств я просто прислонилась к ней, продолжая стоять на нетвердых ногах. Раймонд же, похоже, вознамеривался свести меня с ума, потому как когда он добрался поцелуями до моих губ, я была согласна уже на все. Его поцелуй, сначала нежный, стал быстро набирать обороты. Он покусывал мои губы и тут же зализывал их.
Мы сражались друг с другом. Страсть, что вспыхнула подобно спичке, разгоралась уже в полноценный пожар. Я отринула все стеснения. Запустила руки в светлые жесткие волосы своего мужчины и вжалась всем телом в его. Сама прикусила его нижнюю губу. Раймонд зарычал и вжал меня в дверь. Я лишь ахнула от такого напора. Он слегка отстранился, но лишь для того, чтобы сорвать остатки платья, при этом спускаясь поцелуями вниз. Вскоре платье лежало уже у моих ног, а Раймонд стоял на коленях передо мной.
Я попыталась прикрыть свою наготу, ведь, кроме маленьких тонких трусиков и чулок, на мне ничего не было, но он снова зарычал.
— Убери руки, Вика. Ты моя. И я хочу видеть тебя… — прошептал он и жадно стал рассматривать, при этом оглаживая все до чего мог дотянуться. Ужасная пытка голодным взглядом длилась мучительно долго. Я изнывала от желания. Снова запустила руки в его волосы, попыталась притянуть его к себе и заставить подняться, но Раймонд перехватил мои руки, сплел наши пальцы.
А потом начал целовать плоский живот и кружить кончиком языка вокруг пупка. Смотреть на это было выше моих сил, и, откинув голову назад и закрыв глаза, я отдалась на волю ощущений, и мой стон нарушил хрупкую тишину этой комнаты.
— Раймонд, прошу... — застонала я.
— Тише, тише, девочка моя, я боюсь не сдержаться... — зашептал он и снял последний кружевной чулок.
— Не сдерживайся, прошу, — захныкала я и тут все резко изменилось.
