На лице застыли страх, паника и отчаяние."
"Который раз замечаю, что у земельных аристократов тут напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.
Подошёл к Зубаровой и чуть склонил голову. С трудом подавил в себе желание дать пощёчину. На лице возникла кривая улыбка. Никто не смеет просто так трогать моих людей!
Паучки за моей спиной передавали волны возмущения — похоже, им тоже не понравилось поведение нашей гостьи. Один даже попытался материализоваться, но я вовремя остановил этого маленького мстителя. Не хватало ещё, чтобы Елена от страха в обморок грохнулась.
— Раздеть её догола, — сказал я устало, — и выставить перед дверью.
— Господин… — голос служанки дрогнул от удивления.
— Что-то непонятно? — медленно повернулся, в такой ответственный момент спину прихватило. — Поставить эту дрянь в чём мать родила перед дверью, и пусть так стоит, пока мне не надоест.
— Павел Александрович… — побитая служанка сделала маленький шаг вперёд, её голубые глаза умоляюще смотрели на меня. — Она же земельная аристократка, это унизит её.
— Правда? — изобразил удивление, приподняв бровь. — Как я не подумал об этом, — а следом в моём голосе зазвучала сталь. — Ничего страшного. Вообще сначала думал её перед особняком поставить, чтобы все мужики смотрели на эту дрянь. Так что ещё повезло.
— Господин… — снова попыталась защитить служанка.
— Ничего страшного, — оборвал её. — Вон Требухова стояла в лесу, светила своими достоинствами перед толпой мужиков, и ничего. Поплакала и пришла в себя, — даже не понимаю, почему я вообще объясняю свой приказ.
— Правильно! — раздался торжествующий голос позади. — Я бы вообще отдала эту потаскуху, чтобы её имели все кому не лень, а потом заставила туалеты убирать.
Медленно обернулся. В дверном проёме, словно королева на троне, расположилась Вероника. Руками поджимала грудь, а на губах играла победная улыбка. Она смотрела на Зубарову, как кошка на загнанную мышь. Я и забыл, что эти две — давние конкурентки.
— Тебя кто выпустил? — в моём голосе прозвучала такая усталость, что даже паучки за спиной встревоженно зашевелились.
— Меня?.. — лицо девушки приняло удивлённое выражение, словно она актриса на сцене. — А…
По глазам было видно: только сейчас до неё начало доходить, что нарушила мой приказ. Но соблазн прийти и увидеть поверженную соперницу пересилил. Ещё бы, когда тут так орали и громили весь дом.
Сил у меня на этих девиц просто не осталось. Даже злиться не мог — настолько вымотался.
— Это… — повернулся к служанке.
