Две иглы уже вылетели и попали в Требухову. Она застыла, как статуя, только в глазах плескался ужас.
— Эту тоже раздеть и поставить их друг напротив друга, — добавил я. — Всё, на сегодня поручения закончены. Всем хорошего дня!
Что-то я как-то мягко поступил. Хотя плевать, меня уже ждут ванна, еда, сон. Вот что сейчас действительно нужно, а с дурочками потом разберусь.
Придерживаясь за стену, словно пьяный матрос после шторма, добрался до своей комнаты. Паучки следовали за мной по пятам.
Скинул с себя вещи — они падали на пол, как осенние листья, — и рухнул в ванну.
Включил горячую воду, закрыл глаза. Мелкие помощники устроились по углам, охраняя мой покой.
В какой-то момент я просто выключился. Последней мыслью было: «Надо бы не утонуть…»
Мне слали сигналы, когда в комнату заглядывали слуги и Жора, но я не приходил в себя. Источник пульсировал, и магия текла по каналам, словно ленивая река. Бой «с хрен пойми чем» дался непросто. Рана в спине никак не хотела заживать, будто там кто-то постоянно ворочал раскалённый прут.
Вдруг кто-то вошёл, рядом со мной поставили зелья, и размытый силуэт застыл возле ванны. Я открыл глаза.
— Господин! — рыжая копна волос светилась в лучах светильника.
— Лампа? Что надобно? — поинтересовался я, разглядывая раскрасневшееся от волнения лицо алхимика.
— Вот, — протянул он бутыльки дрожащими от нетерпения руками и поставил рядом. — Я принёс вам наши новые разработки. Мы уже занялись кое-чем интересным. А тут вас ждут третьего уровня эталонка, лечилка, восстановление магии.
Уверен, что они сейчас будут очень кстати.
— Хорошо, — кивнул и закрыл глаза. — Благодарю!
Пацан продолжил стоять в моей ванной, переминаясь с ноги на ногу, как нетерпеливый воробей. За дверью Жора контролировал ситуацию, его присутствие ощущалось даже сквозь стену.
— Чего? — спросил я.
— Я выучил алфавит и уже читаю по слогам, причём вполне неплохо, — выпалил Лампа на одном дыхании, словно боялся, что я его прерву. — Приступил к письму. Пусть пока и выходит так себе, но я стараюсь.
— Ага.
— Даже не думал, что выводить буквы настолько сложно, — продолжил он, размахивая руками. — Оля быстро пишет, как и её отец.
А пацан растёт, стал увереннее. Вот Ольга уже превратилась для него в Олю. Да и стоял он более прямо, не мямлил. Изменения в нём более чем устраивали.
— Думаю, что мы сможем сделать вам заларак, — гордо объявил рыжий алхимик.
— Завтрак? — приоткрыл один глаз."
"— Нет… Не завтрак, а заларак, — поправил с важностью профессора.
