Выбрала семью и детей, которых я не мог ей дать при всем желании. И она отправилась в клинику за мечтой, чтобы выгрызать свое право быть матерью. Видимо, так и не получилось…
Я понимал Алису и в то же время ненавидел.
Но так и не смог избавиться от карточки с ее маленьким фото. Сохранил, чтобы издеваться над самим собой. Другого объяснения идиотскому поступку я не нахожу.
Вот и сейчас продолжаю заниматься мазохизмом, всматриваясь в мягкие черты лица не моей женщины.
По привычке прислушиваюсь к звукам, доносящимся из коридора.
Жду, когда там зацокают каблучки, а потом раздастся осторожный хлопок дверью.
Алиса никогда не заходит, чтобы поздороваться. Избегает меня. Молча скрывается в кабинете и работает.
Однако сегодня за дверью подозрительная тишина. Лиса опаздывает?
Конечно, я сделаю вид, что не заметил, но… Это настораживает.
Напряженную атмосферу разрывает телефонный звонок от Щукина.
— Нарыл я информацию о твоей Алисе, — Дима без приветствия переходит сразу к делу.
— Она не моя, — тихо тяну я, проводя большим пальцем по ее фотографии на правах.
— Работала в издательстве, рекомендации хорошие, — вещает Дима, но я эти данные игнорирую, потому что профессиональные качества Алисы и так оценил. — В разводе. Около трех лет, — озвучивает точную дату расторжения брака, а я прикрываю глаза: сразу же после того, как мы с ней познакомились и… — Правда, там тяжелый бракоразводный процесс был. Через суды. Но муженек зря только нервы ей попортил, ничего не добился.
— Имущество делили? — хмыкаю я."
"— Кхм, почти, — по-депутатски увиливает от прямого ответа. — Потом Алиса вернула девичью фамилию и уехала из столицы. Жила у родителей, не работала, потому что… — Дима умолкает.
— Почему? — хрипло уточняю.
— Знаешь, там есть некоторые обстоятельства, — протяжно выдыхает. — Два, — уточняет, но я понятия не имею, на что он намекает. — Будет лучше, если ты узнаешь об этом от нее…
— Какого хрена, Дима, к чему эти загадки? — взрываюсь я. — Если я попросил проверить своего сотрудника, значит, мне нужна полная и достоверная информация.
Поговорить с Алисой я и без твоей помощи могу…
— Видимо, не можешь, раз не знаешь ничего, — с сарказмом произносит Щукин. — Так, и последнее, что я хотел тебе сообщить. Твой брачный контракт у юристов. Надежных, не беспокойся. Они ищут лазейки, — делает паузу. — Но, Стас, ты самоубийца, конечно, — откашливается друг.
— Знаю, — соглашаюсь я и массирую пальцами ноющие виски.
