Сразу после нашей свадьбы?
Медсестра копается в архивах, но не тех, которые стоят на видном месте. Бумаги достает из нижнего шкафчика, закрывающегося на ключ. Совсем охамел Андреев: по сути, компромат на себя хранит в собственном кабинете. Уверен в своей безнаказанности? Зря!
— Вот история Загорской. И договор с клиникой, — женщина передает мне невзрачную папку.
Сдыхаю на доли секунды, но тут же беру себя в руки. Я должен мыслить логически. Эмоции здесь ни к чему.
Внимательно вчитываюсь в текст. Лихорадочно подбиваю сроки.
Восстанавливаю в памяти начало нашей с Миланой совместной жизни. Сравниваю с датами в документах. Тогда мы еще не планировали детей. Я не торопил молодую жену, понимая, что беременность и роды — не только стресс, но и большая ответственность. Поэтому мы предохранялись. Этот момент я лично контролировал.
К тому же, замуж Милана выходила не девственницей и не скрывала этого. Я не осуждал ее, но и спать без защиты не хотел. Мало ли, кто был до… Спустя пару лет, как раз перед планированием детей, вынудил жену пройти полное обследование.
Она еще обижалась, что я ей не доверяю.
У меня свои заморочки. Они распространялись на всех женщин.
Кроме Алисы, с которой мозг отключался каждый раз. А навязчивая брезгливость и опасения отходили далеко на задний план.
Вспоминаю лисичку, и сердце болезненно щимит. Так, надо быстрее разобраться здесь. И ехать к ней.
Еще раз считаю сроки и облегченно выдыхаю. При любом раскладе получается, что Милана была беременна не от меня.
Более того, случилось это до брака. Скромная блондиночка, невинно хлопающая ресницами, выходила замуж уже в положении. Но скрыла столь пикантный факт своей биографии.
— Тогда Загорская не только сделала аборт, но и убедила Андреева стерилизовать ее, — добивает меня медсестра.
— Что? — выжимаю из себя с трудом.
— Вот, — кладет бумагу передо мной. — Видите. Ваша жена не может иметь детей. Именно ее снимки в нужный момент подсунули несчастной Шевченко, приговорив последнюю к бесплодию.
Я помню, как девочка детей хотела. Столько ЭКО прошла.
— Хватит, — прерываю грубо, потому что без нее знаю, в каком состоянии была Алиса в то время. — Что по факту у обеих?
— Шевченко здорова. Причина в ее муже, который отвалил большую сумму Андрееву, чтобы скрыть свой изъян и свалить вину на супругу, — объясняет она. — Загорская… Ей были перевязаны трубы. Безусловно, тайно и очень аккуратно. Таким молоденьким и не рожавшим подобную процедуру проводить запрещено.
