Двойня для генерального

идеальное место!

Но моё изучение дома на этом не останавливается. Я нахожу гараж на три машины, два бассейна, сауну, собственный спуск к реке. Но когда заворачиваю за угол дома, то лишаюсь дара речи. Передо мной простирается футбольное поле."

"Матвей, видимо, решил за пару дней наверстать всё то, что он не мог дать нашим детям на протяжении шести лет. Только он так и не понял одного. Марусе и Денису нужно в первую очередь его внимание, а уж потом бесконечные подарки и покупные вещи. Личностные взаимоотношения и живое общение не заменить никаким деньгами.

Поднимаюсь на второй этаж. Знаю, Илларионов задумал, чтобы я спала вместе с ним. Он даже нашел благовидный предлог для этого. Его комната напротив детских. Рядом никаких других жилых помещений нет.

Но я не уверена, что наше совместное проживание хорошая идея. Слишком рано ещё. Только выбора у меня особого всё равно нету. Не уходить же самой невесть куда. И не переселять его жить отдельно.

Захожу в спальню, открываю дверь. Маруся и Денис хоть и взрослые, но всё равно дети.

Хочу быть рядом с ними в этот момент.

Сажусь на кровать, рассматриваю спальню. Сразу видно, чья она.

Вокруг находится мебель из натурального темного дерева, шикарная двуспальная кровать, огромного размера телевизионная панель закрывает стену. Две тумбочки, стеллаж с книгами, кресло, стол. И две небольшие двери. Одна ведёт в гардеробную, вторая в санузел.

Звонок сотового выдергивает из мыслей, в которые я ушла слишком глубоко.

— Привет, зая, — от голоса Матвея мурашки по коже. Останавливаюсь. Закрываю глаза.

— Привет, — произношу осторожно. Ему стоило всего лишь мне позвонить, как сердце тут же сборит.

— Как вы? — интересуется. — Как дети? Им понравился дом?

— Всё в порядке. Спасибо, — благодарю его. — Малышня в восторге. Но им было гораздо приятнее, если б ты присутствовал лично, — озвучиваю свои переживания. — Им нужен отец, Матвей. Мужчина, который всегда будет рядом. Которому они смогут доверять.

— Знаю, — печальный вздох на том конце провода разрывает сердце на части. — Я делаю всё для этого. Потерпи немного, прошу тебя, — говорит не скрывая боли. — Мне осталось немного и я буду весь твой.

— Мэт, — голос подводит. — Я устала, — признаюсь. — Устала ждать.

— Света, родная, я всё улажу! Дай мне пару дней, — заверяет с жаром. — Всё будет в порядке. Вот увидишь! Только потерпи ещё немного. Прошу…

— Я не знаю, — шепчу. — Я уже ничего не знаю.