Я даже сразу не понимаю, что происходит! Но когда понимаю…
— Ну наконец-то, Алина Дмитриевна! — Подбегает ко мне Владик. — Мы вам звоним, звоним. Там у Семена Петровича начальство, — понижает голос. — Требуют все накладные по операциям за год. Говорят, что их предупредили. Проверка к нам едет!
— Алина Дмитриевна! — Выбегает из кабинета шефа Светочка и чуть не плачет. — Как хорошо, что вы пришли, а то я всем объясняю, что вы ошиблись в отчете, а Семен Петрович про какое-то должностное расследование талдычит. Сказал, что я как сообщница пойду.
— Успокойся, не пойдешь, — отвечаю я ей уверенно."
"Во мне вскипает настоящая злость. Пришло время рассказать всю правду. Увольнение мне теперь точно не грозит, а за то время, пока я буду растить детей, Семен Петрович двести раз успеет «обосраться».
— Здравствуйте! — Уверенно захожу в кабинет.
Окидываю взглядом сидящих за столом мужчин. Один лет шестидесяти — это Карпов из совета директоров, а вот того, что помоложе, я вижу первый раз. Ну и ладно…
— Ааа! — Злобно тянет Семен Петрович, — Явилась, Алина Дмитриевна.
А рабочий день вот уже как час идет. Или вы деньги нашей компании догуливали?
Ухмыляюсь. Вот ты ж гад!
Чтобы придать себе уверенности, представляю, что возле входа в здание меня остался ждать сосед, что я здесь не одна и открываю рот:
— Ну что вы, Семен Петрович, у меня ваши ананасы ещё не сгнили. Может быть, это как раз вы их купили на деньги компании. А у меня в отчете все было в порядке. Разрешите?
Бесцеремонно подхожу к компьютеру и вставляю флешку.
— Я сейчас все покажу…
Слив, все что накопилось за пять лет учредителям компании, я прощаюсь с притихшими коллегами и выхожу с работы с чувством выполненного долга. Сил, конечно, нет. Морально смелость стоила мне очень дорого. Поэтому, чтобы не упасть в ближайший сугроб, я направляюсь к небольшому ларьку с кофе через дорогу. Нужно немного поднять в крови сахар.
Вспоминаю, что сегодня утром, пытаясь поразить соседа, готовила ему капучино миксером и тихо хихикаю. Вот же дурочка… Кажется, втрескалась по уши.
Только о нем и думаешь.
И моим чувствам, нагрянувшим так неожиданно, есть серьезные основания.
Но даже если этому чувству не суждено никогда стать взаимным, я не жалею. Потому что это не глупая влюбленность. Это… что-то большое. Как к другу, как к близкому. Чувство, которое не может вдруг пройти. Оно благодарное и…
— Девушка, вы арестованы! — Вдруг слышу за своей спиной и подпрыгиваю на месте.
Сердце делает в груди кульбит.
