Теперь вокруг меня столько мужчин, любящих поесть, что я ускоренно учусь готовить.
Пока стою на кассе, отвечаю на сообщения своих клиентов. Их теперь к меня целых десять. Близятся сроки подачи деклараций, и люди нервничают. Успокаиваю их, что практически все готово.
Солнышко греет щеки. Ветер ещё холодный, но все равно уже хочется гулять подольше. Поэтому я сворачиваю к лесу. Выйду к дому через него. Придется, конечно, потом мыть колеса и пол в прихожей, но это ерунда. Уборка больше не приводит меня в ужас.
Руслан на восьмое марта подарил мне невероятный моющий пылесос, а папа оплатил посудомоечную машину. Ради нее пришлось ещё поменять столешницу и снести шкаф, но она того стоила!
Ремонт в квартире немного затянулся, потому что мы с Русланом решили сразу сделать дизайнерскую детскую. Увидели модульную мебель у младших сестер Демида и просто влюбились.
Мне нравятся наши хлопоты. От них чувствуешь в конце дня приятную усталость и эмоциональную удовлетворенность.
В них будто есть твердое намерение быть счастливыми в будущем.
Немного мою колеса коляски, катая ее через лужу и уже направляюсь к подъезду, как вдруг слышу свист шин у себя за спиной.
Дергаюсь к бордюру и, чуть не перевернув коляску, отскакиваю в сторону. Пульс подскакивает до безумной скорости. Оглядываюсь. Что вообще происходит?
И вдруг возле своего подъезда вижу полицейскую машину. За ней ещё один внедорожник. Он кажется мне знакомым… Не могу вспомнить откуда. Друзья Руслана? Я не чувствую от полицейских угрозы, но, выгружаясь из машин, они ведут себя крайне невоспитанно.
На всякий случай продолжаю стоять в стороне. Мало ли что происходит…
Часть людей в форме идет к подъеду, а ещё трое во главе со странной женщиной в меховом пальто атакуют бабушек возле подъезда. Соседки что-то отвечают и доброжелательно указывают в мою сторону.
В этот момент я начинаю нервничать. Зачем я понадобилась? Но не убегать же!
Женщина и четверо полицейских переходят дорогу.
— Гражданка Султанова?
— Я — Хабирова, — отвечаю с гордостью, ну и на всякий случай козыряю фамилией мужа.
— Старший лейтенант Катько, — суют мне корочки. — Это ваши дети?
— Мои… — отвечаю настороженно. — А в чем проблема?
— Вы подозреваетесь в похищении детей. — Вытаскивает из папки лист бумаги тетка. — Вот ознакомьтесь с постановлением и не оказывайте сопротивления сотрудникам внутренних органов.
— Что? Какое похищение? — Начинаю я нервничать. — Это мои сыновья.
