Двойня для решалы

Недовольно вздыхаю. Меня с детства приучили, что к еде нужно относиться с уважением… Я старалась привить это и дочерям, но Никита своим баловством перечёркивает все мои старания! Словно нарочно!

- Скоро у нас выступление! – Алина уже доела и теперь переходит к десерту. Точнее, десертам. Во множественном числе. Потому что перед ней стоит целых четыре тарелки с лакомствами.

- Ты придёшь? – с надеждой спрашивает Мила.

Она так странно смотрит на Никиту… с такой неподдельной симпатией, что мне становится не по себе.

Несмотря на мои старания, с Андреем девочки так и не стали по-настоящему близки. Я не требовала от него многого… и в результате, за последний год, они очень сильно отдалились.

Сама не знаю, что именно меня так напрягает в этой внезапной любви дочерей к Никите.

Наверное, я просто боюсь что, когда он «наиграется» в папочку, и укатит в свадебное путешествие со своей невестой, мои девочки будут скучать… и страдать… Также, как и я когда-то.

- Он не придёт, - холодно говорю я. – У Никиты на это время запланировано путешествие.

В другую страну. – На языке так и вертится «и с другой тётей», но я держу себя в руках, чтобы не разочаровывать дочерей.

Боковым зрением вижу, как Никита с силой вонзает нож в лежащий на тарелке стейк.

- Ваша мама не знает, о чём говорит, - цедит он сквозь плотно сжатые зубы. – Лично я ваше выступление не пропущу.

- Не давай обещаний, которые не можешь исполнить, - парирую я, сверля его негодующим взглядом. Интересно, когда мы с ним встречались, и он надолго уезжал «по делам», он тоже изменял мне, как изменяет сейчас своей невесте со мной?

Лавров поднимает на меня тяжёлый взгляд.

В нём мне видится вызов и одновременно… отчаяние…

- Я всегда исполняю свои обещания, Саша, - говорит он, и в его словах мне чудится скрытая угроза.

Я вся вспыхиваю, понимая, к чему он клонит. Поспешно опускаю взгляд.

На глаза наворачиваются слёзы… Боже… и за что он так со мной? Почему так ненавидит?

Тело само вспоминает, как ещё какой-то час назад мне было безумно хорошо в его руках… Так хорошо, как бывало только с ним… Господи! И за что мне это?!

- Я скоро приду, - шепчу я и вскакиваю из-за стола.

Не глядя бегу в туалет. Закрываюсь и даю волю слезам.

Чувствую себя такой беспомощной и несчастной… Вытираю рукой щёки и не хочу выходить обратно.

Минут через пятнадцать слышится настойчивый стук в дверь.

- Ты скоро? – это голос Лаврова. – Если не выйдешь, я девочек к себе домой заберу.

Его слова словно ножом по сердцу.