Но только после его романа на стороне со своей бывшей любовницей я убедила себя, что я его ненавижу.
Ненавижу…
– Дерзишь, ангел.
Мы продолжаем какую-то непонятную для меня игру. Пытаюсь высвободить руку из его захвата, но его пальцы крепче сжимаются на моей коже.
– Что ты от меня сейчас хочешь, Наиль? – не получается у меня сохранять рядом с ним непроницаемость.
И голос предательски вздрагивает на его имени.
– Сделай мне любимый десерт и эспрессо без сахара.
Сужаю глаза и наклоняюсь к его уху. Он косится на меня, а с его губ не сходит ехидная усмешка.
Стараюсь не распсиховаться.
– Не боишься, что подсыплю чего-нибудь? – понижаю голос до шепота.
Наиль водит большим пальцем по моей руке, и мне остается надеяться, что он не видит, как мое тело откликается на его прикосновения. Волосы на руках встают по стойке смирно, а пальчики на ногах поджимаются.
Бо-о-оже, ну за что мне все это?
– А ты уже забыла, что было с тем рестораном, после которого я свалился с отравлением?"
"Помню… тогда мне каким-то чудом удалось избежать наказания, только благодаря тому, что над нашим столом не было камеры и не смогли заснять, как я подсыпаю своему гулящему мужу рвотное.
А вот ресторан тогда знатно потрясли…
– Не забыла, – цежу сквозь зубы и все же вырываю руку из его лапы, – сейчас вернусь.
Захожу в цех и нахожу Веру. Стараюсь, чтобы она не увидела по моему состоянию, что со мной происходит что-то странное. Цепляю на лицо маску и прошу Веру заказать доставку через такси. Объясняю, что мне нужно обслужить клиента.
Вера удивленно на меня косится, но не возражает. За что её и люблю. Мало людей, которые бы не спорили и не вставляли палки в колеса.
Возвращаюсь в зал с заказом и ставлю перед Наилем чашку кофе с десертом. Уже собираюсь отойти, но он меня задерживает.
– Мне нужно работать, – дергаю руку, которую он снова сцапал в свои лапищи.
– Посидишь со мной?
Мотаю головой, на что получаю грубый смешок.
– Мы с тобой не старые приятели, чтобы я с тобой мило беседовала, Таранов, – опираюсь на стол и понижаю голос, чтобы слышал только он.
Его зрачки расширяются. Он задумчиво постукивает ложечкой по краю тарелочки.
– Это точно. Мы с тобой бывшие любовники и муж с женой. А это намного крепче, разве нет?
Его голос в состоянии заморозить даже ледяную статую. Вот и у меня по всему телу мороз пробегает.
– Я просто не хочу тебя больше видеть, Наиль. Ну как-то же мы не пересекались все это время, – закатываю глаза.
Бывший муж сжимает губы.
